Книга Единство 2, страница 75 – Данияр Сугралинов

Мурлок просто показал мне за спину. Я начал оборачиваться, когда нас накрыло тенью, рядом со мной — бах! — утонув по колено в брусчатке, приземлился Ояма.

— Уже вернулся, ученик? — Наставник смерил меня взглядом, потом обратился к троллю: — Я велел Мурглупу быть на стене и сообщить, если заметит что-то опасное. Не вини его, Замканах, ибо приказа не спать я ему не давал. Признаю свою вину.

Пернатый Убийца махнул рукой и тут же смягчился:

— Да и я слишком горяч, гранд-мастер Ояма. Сколько парню? Он что-то совсем мелкий даже для мурлока.

— Сказались хроническое недоедание и недосып, — ответил мой наставник. — Он с такой же бандой мелких отморозков бродяжничал по Латтерии и Шэд’Эрунгу, перебиваясь подачками и тем, что им удавалось отобрать. Проще говоря, Мурглуп — бывший вор и грабитель. Что такое дисциплина, ему неведомо, он слишком мало времени провел под моей опекой.

— Мргл-мргл, — подтвердил малыш. — Грлагл-нугр-лгл-лугл.

— Ну и на всеобщем не говорит. Глута, сестра его, посмышленее, а Мурглупу еще учиться и учиться. Всему. — Глянув на меня, потом на Тиссу, учитель добавил: — Рад, что ты вернул подругу. Хвалю, ученик.

И, больше ничего не сказав, он взял мурлока за шкирку и прыгнул куда-то за пределы замка. Вот и поговорили. Уж кто-кто, а Ояма о Древних богах должен что-то знать. Ладно, потом пообщаемся.

Проводив его взглядом, Замканах помялся и обратился ко мне:

— Мастер Скиф, все мы слышали рев Монтозавра, но сейчас он исчез. Кхаринза снова небезопасна? Кобольды и трогги рассказывали жуткие истории об этом древнем ящере. Множество честного народу он пожрал. — И в отчаянии спросил: — Почему он вернулся?

— Он вернулся и снова стал моим боевым спутником, чтобы помочь нам. Не волнуйтесь, он всегда под моим присмотром. Как дела в замке?

Не считая инцидента с заснувшим на посту Мурглупом и ревом Монтозавра, все было тихо. Замканах пожаловался лишь на шамана кобольдов Рыг’хара:

— Мастер Скиф, этот старый пень угощает своими самокрутками детишек. Гранд-мастер Ояма смотрит на это сквозь пальцы, а дети и рады. Нельзя так, эта гадость сушит им мозги!

Я посмотрел на Тиссу, та качнула головой:

— Не совсем так. Есть минорный дебаф на интеллект, но самокрутки шамана обостряют восприятие. Наверное, поэтому Ояма разрешает их курить.

— Дебаф не накапливается?

— Да это какие-то целебные травки, что Рыг’хар собирает у подножья Пика Арно. Ничего детям не сделается.

— Все равно фигня какая-то. Пусть лучше эликсиры пьют. — Я кивнул Замканаху. — Хорошо, я поговорю с кобольдом. Где Ирита? Кто-нибудь ее видел?

— Она в храме Спящего, — ответил Замканах, как-то недоуменно посмотрев на Тиссу. И только тогда что-то в его тролльем мозге провернулось, и он заорал: — Жрица Тисса вернулась! Но как? Канализационные трогги уже оплакали ее! Никто не возвращается, будучи поглощен Тук-Туком!

Вдаваться в подробности не хотелось, нужно было спешить к Ирите и выяснить, что с Краулером и Дэкой, поэтому я отмахнулся:

— Канализационные трогги поторопились. На деле Тук-Тук оказался приятным собеседником и вернул Тиссу. Более того, он тоже решил нам помочь против Бездны.

Тролли, сопровождавшие Замканаха, заголосили что-то о моем величии, рухнули на колени, а их вождь похлопал глазами, осознал, проникся и цокнул зубом: