Книга Единство 2, страница 46 – Данияр Сугралинов

Наверное, поэтому я, приспособившись к ритму болевых вспышек в голове, сумел отключиться и чуть не пропустил момент, когда Дестур закончил меня убивать и перезапустил мир.

А пробудила меня новая боль, другой природы — после всех истязаний, а Дестур не оставил на мне живого места, болевые импульсы с поверхности всего тела все-таки достигли мозга. Совокупный урон с лихвой перекрыл смертельный, и в тот же миг самопроизвольно или по поданной мною ранее команде активировался Откат.

Всю «работу» верховный жрец Бездны проделал впустую — Откат вернул меня в то же состояние, в котором я находился пять минут назад. Пять минут реального времени, разумеется. Я полностью восстановился, и даже вернулась Имитация юного мага К’ирсана!

Наверное, я стал первым в мире — во обоих мирах — человеком, который увидел, как Сатана, пусть даже в чужом обличье, удивленно хлопает глазами.

Кричать в Ясности: «Сюрприз, мудила!» — было бы слишком вульгарно. Поэтому я просто вбил ему в голову Косы Жнеца, усиленные Сокрушающим молотом и пропитанные Возмездием Спящих…

Когда мои Косы Жнеца, пульсируя от бурлящего в них возмездия, пробивали голову Дестура, на ум пришло единственное слово — контраст. Словно в замедленной съемке, повышенное восприятие позволило разглядеть становящиеся видимыми и лопающиеся магические защитные щиты, рвущуюся кожу, ломающуюся кость, брызги крови из разорванных сосудов и ошметки мозговой ткани.

Контраст был в том, что лично я, мгновением ранее сходивший с ума от адской головной боли, сейчас чувствовал себя прекрасно. Боль исчезла вместе с радужной змейкой, земляным червем пропускавшей через себя мой мозг, стоило Откату вернуть меня в прежнее состояние. А вот верховный жрец Бездны наверняка испытывал что-то побольнее мигрени.

И снова, как и до созданной Дестуром петли времени, я не стал использовать божественные способности, ограничившись Духовным ураганным комбо — но в этот раз я воткнул под ноги жреца Духовный капкан и Духовные оковы, чтобы, во-первых, он никуда не сбежал от меня до или после смерти, а во-вторых, чтобы после моих ударов не улетел туда, где мне пришлось бы туго — например, в разлившуюся лужу смертельной субстанции Глашатаев Бездны, которые хоть и очень медленно, но все же приближались.

Площадь вокруг все так же была растянута пространственной магией Дестура, но, по всей видимости, из-за того, что ему сейчас приходилось худо и он терял контроль над заклинанием, пространство вокруг нас начинало сжиматься, и даже здания Даранта, исчезнувшие до того за горизонтом, стали снова видны, хоть и пока казались очень далекими.

Все это произошло в считаные секунды. Раз-два — и очки жизни Дестура снизились втрое, три-четыре — шкала жизни спустилась в красную зону, а ткань мироздания затрещала, возвращая пространство в исходное состояние, пять…

— Божественное вмешательство!

Дестур должен был сдохнуть, но снова мой смертельный удар словно заморозил его шкалу жизни на значении менее 1%, а мир, включая меня, встал на паузу. Дежавю — мое тело застыло в том положении, в котором его застало Божественное вмешательство, вокруг меня — алое облако из брызг крови жреца и его же плоти, а сбоку материализуется Бездна. Воздух сначала стекленеет, формируя силуэт, потом наливается красками и обретает объем, и все в доли секунды.