Книга Последняя битва-1, страница 202 – Данияр Сугралинов

Мирра Авгеропулос, чемпион Арены и призер Полей боя этого года, благодаря своей яркой внешности получила приглашение в клан «Белые амазонки» сразу после школы.

Отказываться было глупо, учитывая, что учеба в универе ей не светила, а питание упсами и проживание в районе низкой гражданской категории плохо сказывались на коже. Да и хотелось сбежать куда подальше из отчего дома. Отца она ненавидела — как раз по той же причине, по которой ее древнегреческая тезка превратилась в смолоточивое дерево.

Элизабет, Охряная ведьма, глава клана амазонок, лично взяла девушку под опеку. Клан вложил немало ресурсов в прокачку ее ассасина, которому Мирра дала свое настоящее имя. Класс был выбран неслучайно: если убивать, то глядя жертве в глаза. А что может быть ближе длины кинжала?

К двадцати пяти она вошла в десятку сильнейших бойцов клана и попала на заметку скаутам «Модуса». Через месяц пришло приглашение от самого Отто Хинтерлиста, который лично явился за ней на остров амазонок.

Под его покровительством она получила доступ к лучшим наставникам клана, а ночами Хинтерлист учил ее тому, чего не знали даже опытные ассасины.

В этом году сбылась ее мечта: победа на Арене, призовое место на Полях боя и приглашение на Демонические игры. Весь «Модус» к этому времени уже переселился в Дис, сделав ставку на богиню Бездну и отрекшись от Спящих богов.

Несколько месяцев их клан вместе с союзниками огнем и мечом насаждал веру в Сверхновую богиню, и Мирра была острием, одним из многих, этого клинка. В ее глазах горел особый огонь, когда она методично зачищала поселения неписей, до последнего хранивших верность Старым богам.

Бесчисленные лахарийские пустынные трогги, кобольды Безымянных гор, тролли Урсайских джунглей — все они познали прикосновение ее отравленных клинков. Дикие гноллы Выжженных земель и орки Прерий Оцеолы, отказавшиеся склонить колено перед Бездной, остались лежать с перерезанными горлами, орошая своей кровью древние земли.

Особое наслаждение она получала в последние мгновения своих жертв — когда ненависть и жизнь одновременно покидали их глаза, и тело превращалось в пустую оболочку. В этой финальной пустоте Мирра находила странное умиротворение, словно каждая угасшая искра чужой жизни заполняла бездонную пропасть внутри нее самой.

Первый день Игр прошел успешно для их группы, в которую вошли не только игроки «Модуса», но и представители союзных кланов. Особенно выделялась Пайпер — как оказалось, внебрачная дочь Хинтерлиста и с этого года сильнейший игрок клана, достигшая, по слухам, в бета-мире невероятных высот. Они зачистили несколько недоброжелателей и старых врагов клана, прокачались до седьмого уровня, а кто-то и до восьмого, и были готовы ко второму дню.

Ночью, когда, отпраздновав успех, все разошлись отдыхать, Хинтерлиста вызвал к себе Ларион, босс призванных.

Вернувшись, лидер клана собрал офицеров, в том числе союзников, и объявил, что на рассвете их группа должна войти на первый этаж и собрать три артефакта силы, не подпуская никого из конкурентов.

— Ларион дал четкие указания! Если первыми найдете артефакт, не смейте использовать! Они распределены так: один мне, другой — Пайпер, третий получит Полковник.

Лидер «Экскоммьюникадо», массивный голиаф, довольно прищурился, сказав: