Книга Последняя битва-1, страница 123 – Данияр Сугралинов

— Заткнись, обжора, — процедил сквозь зубы Молох. — Ты позоришь всю Преисподнюю.

— Да пусть жрет, — хмыкнул Агварес. — Может, хоть кто-то получит удовольствие от этого фарса.

К нам приблизилась Кэрри, и я невольно вскинул брови: вместо откровенных лоскутов ткани, едва прикрывавших тело, она облачилась в элегантное черное платье.

— Господа демоны, церемония открытия скоро начнется, — объявила она с дежурной улыбкой. — Прошу следовать за мной.

Я переглянулся с Деспотом. Его глаза полыхнули алым, и он едва заметно кивнул: мы оба чувствовали, что вот-вот все начнется. Неизвестность пугала, но даже с тем, что нам известно, было понятно: нас не ждет ничего хорошего.

Лилит, державшаяся чуть в стороне, скользнула ближе ко мне и взяла за руку.

— Веди, смертная, — сказал Молох. — Посмотрим, что за игру вы для нас приготовили.

Кэрри повела нас по лабиринту коридоров, изгибавшихся подобно кишкам гигантского зверя. Цокот копыт гулко отдавался от мраморных стен.

Славикус, шедший впереди, присвистнул:

— Да уж, неумирающие любят показуху. Видали эти светильники? Чистое золото. Такое бездумное расходование ценного металла… Может, здесь живет их король?

Я тоже этому удивился. Мы, демоны, ценим золото, но только как важное сырье при создании магоинженерных артефактов самого широкого профиля.

Обсуждая увиденное, мы вошли в помещение, величием своим не уступающее тронному залу Диабло. Атриум поразил даже видавших виды генералов: стены, казалось, были сотканы из лунного света, а пол под ногами переливался подобно звездному морю.

Пока мы, замерев, изучали зал, Тарзак уже склонился над своей книжкой, торопливо зарисовывая детали конструкции. В его увлеченности было что-то трогательное: после всех потерь и ужасов, что мы пережили, в нем продолжал гореть неугасимый дух исследователя и ученого. Я поймал себя на неожиданном желании защитить сына Белиала любой ценой. В конце концов, хорошего бойца можно воспитать, но такой талант к познанию и изобретательству — редчайший врожденный дар.

— Добро пожаловать в сердце Игр, — произнесла Кэрри с явной гордостью. — Именно здесь пройдет церемония открытия, а завтра сюда прибудут наши лучшие мастера. От их навыков будет зависеть, пройдут ли Игры гладко и без жуков.

— Жуков? — переспросил Жег, недоуменно поведя рогами. — Какие еще жуки в этом раю?

— Жуки могут испортить Игры, — коротко ответила Кэрри. — Наши мастера будут вылавливать их и исправлять.

Мы озадаченно переглянулись, гадая о природе этих таинственных жуков, но тут же остолбенели, невольно запрокинув головы: под прозрачным куполом величественно парил исполинский шар, на поверхности которого, словно в гигантском зеркале, сменяли друг друга изображения прибывающих гостей.

Когда на шаре появились мы, зал на мгновение замер в гробовой тишине, а затем взорвался яростными проклятиями демониаков.

Зал поражал размерами: тысячи существ могли разместиться здесь, не чувствуя тесноты. По периметру располагались ярусы со столами и креслами, где уже сидели игроки и демониаки. Смертные неумирающие занимали нижние ряды, демониаки — верхние, откуда бросали на нас презрительные взгляды. Один из них демонстративно сплюнул в нашу сторону.

Кэрри провела нашу группу в специальный сектор на уровне смертных. Здесь стояли массивные столы из темного дерева и кресла с вырезами для хвостов. По залу сновали официанты в одинаковых черных костюмах, разнося изысканные яства и напитки. Между ними шныряли бездушные с табличками «Пресса», то и дело пристающие к гостям с расспросами.