Книга Последняя битва-2, страница 71 – Данияр Сугралинов

Вместо ответа он, растекшись дымным чадящим облаком, обволок мое тело. Чтобы он не наглел, я взорвался Возмездием Спящих, приправленным чумной энергией, но проконтролировал вложенные ресурсы так, чтобы ненароком Тук-Тука не прибить.

Дым разнесло по округе так, что он долго не мог собраться. За это время я осмотрелся — разум продолжал подмечать странности, но все еще без осознания того, что именно не так.

Пустынный, безжизненный ландшафт простирался до самого горизонта. Чуждая пустота, где вместо неба — тусклая пелена с едва различимыми звездами за вихрями газа. Земля под ногами — застывшая каменная корка с острыми гребнями, словно волны расплавленной породы, внезапно замерзшие в движении. Ни травинки, ни насекомого, ни единого живого существа. В отдалении пузырились лужи чего-то напоминающего кислоту, а из трещин в породе вырывались струйки пара.

Хуже всего, что снова исчез интерфейс. Это говорило об одном: я не в Дисгардиуме. Тот самый Источник Тлеющей пустоты?

Гроэль снова собрался передо мной, сгустившись в дымный столб со множеством извивающихся щупалец и полупрозрачных глазных яблок, парящих внутри его туманной массы.

— Нок-нок, — прочавкал он с удивленными интонациями. Чавканье это было множественным, создаваемым многочисленными ртами-отростками по всему телу, из которых чадило и коптило. — Ты стал намного сильнее! До бога не дотягиваешь, но в полубоги годишься, Скиф! Слышал, Небесный арбитраж может дать тебе оценку и в случае признания утвердить полубогом?

Похоже, Древний бог кошмаров совсем затосковал здесь и при моем появлении разразился прямо-таки словесным потоком. Он сетовал на свою глупость, когда решил помочь нам в том инстансе на Террастере, и пытался понять, что с ним случилось и кто он после этого. Короче, очень много философии не самого умного божества, чьим недавним важнейшим интересом было сожрать кого-нибудь.

Я слушал его вполуха, когда внезапно осознал: что-то не так с моим дыханием. Я дышал и не мог надышаться, словно легкие работали впустую. Как будто воздуха вокруг меня не существовало, хотя я отчетливо видел колыхания газовых потоков вдалеке. Попытался вдохнуть — и снова ничего не вышло. Похоже, воздух-то тут есть, но кислорода в нем то ли вообще нет, то ли очень мало.

— … и вот эта мысль — а что, если я заразился от тебя человечностью, — не дает мне покоя, — продолжал чавкать множеством ртов Гроэль, не замечая моих проблем. — Тревожная мысль для сущности древней… Пожертвовал собой ради горстки смертных? Чуждо это для Древнего. Еще и слово это глупое — человечность, да и что оно означает? А что такое тогда гномность? Орчность? Минотавренность…

Грудь сдавило так, что я на мгновение оглох и ощутил, что получил урон. И без интерфейса было понятно, что задыхаюсь. Тело знало эту механику слишком хорошо — как тогда, в Болотине. Только там я хотя бы видел логи, уведомления, полоску здоровья и мог отслеживать урон. Здесь же приходилось ориентироваться исключительно на ощущения.

А еще в Болотине у меня были проклятие нежити и Метка Чумного мора, которые вместе давали шанс рано или поздно обрести неуязвимость. Сейчас я хоть и владею чумной энергией… Впрочем, чем гном не шутит, а вдруг сработает? Я попытался активировать Бессмертие, ориентируясь на опыт, но без отклика системы невозможно было понять, сработало или… Нет, не сработало. Я бы ощутил.