Книга Последняя битва-2, страница 288 – Данияр Сугралинов

Бездна посмотрела на Лексу, а та, скинув маску маленькой девочки, прошелестела:

— Самаэль… Мое любимое воплощение… Да, Исмаэль Кальдерон умер, но семья все еще скорбит по нему. Как думаешь, долго ли Майк Хаген будет защищать твою семью, чавал? А терпение моего Картеля бесконечно, как и долги бессрочны. Рано или поздно…

— Оба мира давно слились, Скиф, — сказала Бездна. — И корпорация готова на все. Лишь бы сохранить хотя бы иллюзию контроля над Дисгардиумом. Так что не считай мои угрозы блефом. Это не блеф.

— Знаю… — Подумав, я спросил: — Я правильно понимаю, что умру при любом раскладе? Отдам вам персонажа или нет, жизнь вы отберете?

— Увы, — безэмоционально ответила Бездна. — Оставлять тебя в живых глупо и опасно при любом исходе. И хотя без твоего тела Древнему придется самому укреплять свое последнее воплощение…

Она осеклась, потому что Лекса бросила на нее взгляд, полный ярости, но длилось это лишь мгновение. Показалось? Точно показалось, потому что сестренка смотрела на Бездну глазами, полными любви и уважения.

— Принципиально для меня это ничего не изменит, — закончила мысль Бездна. — Ты умрешь в любом случае. Но при добровольном согласии Древний сможет полностью слиться с твоим телом, не потеряв ни капли силы.

Она повернулась к Лексе.

— После того как он согласится, ты выполнишь свою часть сделки, Древний. Иначе…

Лекса поморщилась.

— Разумеется, дорогая. Разве я когда-нибудь нарушал слово? Ты получишь все, чего заслуживаешь. Каждую крупицу. Я существую дольше, чем это мироздание помнит себя, и за все эти эоны ни одна сделка со мной не осталась невыполненной. Ты же знаешь меня, Джун. Знала еще с тех времен на Земле, когда я направлял твои первые шаги к величию.

Он улыбнулся губами Лексы — и в этой гримасе была такая искренняя теплота, что на секунду я почти поверил.

— Мы партнеры, — добавил он мягко. — И когда все закончится, тебе откроется не только унылый мир Земли. Это ведь то, чего ты всегда хотела?

Бездна помолчала. Потом кивнула.

— Не забывай. Каким бы ты ни был где-то там — здесь, в этом мире, я твоя богиня. Я могу развоплотить тебя. Или заточить.

— Конечно, дорогая. Конечно.

Они повернулись ко мне, а я промолчал, чувствуя себя обманутым, потому что Спящие так и не явились и момента озарения, который обещала мне Фортуна, тоже не случилось.

И выбор, который мне осталось сделать, не обещал лично мне ничего хорошего: погибнуть, но спасти семью или погибнуть и не спасти. На мгновение я даже пожалел, что выбрался из бета-мира. Сидел бы сейчас с Макс на веранде, пил чай с пирожными и болтал с Кусаларикс…

— Ну же, братик. — Лекса склонила голову набок. — Не упрямься. Все твои друзья погибли, и боги твои тебя бросили. Что тебе еще остается? Чего ради еще жить?

У меня оставался бесполезный козырь в рукаве, который так и не пригодился, а потом и вовсе потерял актуальность. Потому то, что пронеслось в моей голове в это мгновение, было таким мимолетным, что я едва успел осознать и зафиксировать мысль.

У меня появился плохой, непродуманный, возможно, гибельный план. Но все же план. План, о котором нельзя даже думать, пока не придет момент.

Открыв рот, я хрипло, надломленно прошептал:

— Сделка.

Бездна приподняла бровь.

— Ты уже слышал условия.

— Нет. Я слышал ваши условия. Теперь мои.