Книга Сбор урожая, страница 88 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Гранаты сними, — сказал я дрогнувшим голосом. — Все, что на нем.

— Надо подождать, когда они уйдут.

Я выдохнул, закрыл глаза. Понимая, что убивать меня Ли Бо не собирается. По позвоночнику скатилась капля пота.

— Они уже далеко и там, откуда им нас не пристрелить.

— Откуда ты знаешь? У тебя есть карта, как у Центра, с нашими метками?

Я мотнул головой, покидая убежище и направляясь к трупу Крамера.

— У меня что-то типа встроенного тепловизора.

Ли Бо шагнул к ближайшему трупу — к Руису — и обыскал его.

— Холодняк беру себе, — отчитался Ли Бо, вытащил из сугроба нож Руиса и сунул за пояс. Поднял его автомат, повесил на плечо рядом со своим, похлопал труп по карманам и выудил из нагрудного два «Светлячка» — целых, в отличие от его собственных, которые ночью сбили мои твари, — и убрал их к себе.

Я сел на корточки рядом с Крамером, обыскал его, снял с пояса гранаты, их было две штуки. Живем! В нагрудном кармане убитого обнаружил паспорт — хрен знает, зачем ему на Сведении паспорт. Пистолет-пулемет и дробовик Линдгрена положил в кольцо, а свое ружье подобрал из снега и закинул за спину. Холод стоял адский: без доспеха он дебафил так, что падала «активность», потому пришлось стянуть с трупа куртку и натянуть ее поверх ватника.

— Посмотри, что я нашел! — Ли Бо вытащил «Сникерс», тотчас переломил его пополам и половинку бросил мне.

Хотелось поймать ее ртом, так голод одолел. Я вскинул руку, забыв про раненую лопатку, — она выстрелила болью, и половинка упала в снег. Я поднял ее и положил в рот, растапливая шоколад. Всасывание глюкозы начинается во рту, и сразу стало повеселее.

Дольше здесь оставаться было опасно: Хайруллин доложит, и Демирель пришлет сюда не троих, а десятерых с гранатами. Уходить с тем, что осталось, тоже было нельзя. Я собрал гнезда у кран-балки: пять тварей на два гнезда, и одна из них при смерти. Наша песня хороша, начинай с начала.

— Идем, — сказал Ли Бо. — Через час стемнеет.

Только сейчас я заметил, что он ранен в левое плечо. Вероятно, после смерти Крамера кровотечение прекратилось.

— Тем лучше. Я вижу в темноте, сильных бездушных тут нет.

— До темноты мы все равно не дойдем, — сказал Ли Бо.

— Значит, пойдем ночью. Свои могут прихлопнуть нас раньше, чем мы представимся, но отсиживаться до утра снаружи, с погоней на хвосте, еще хуже. Здесь ждать нельзя, гнезда я накормлю по дороге: к вечеру навь и йети выйдут из укрытий. Идем сейчас. Точнее, я иду. Нас по твоей метке вычислили.

Ли Бо с тоской посмотрел на кольцо, поморщился.

— Или иди один. Извини, рисковать я не буду. По-моему, мы оба доказали друг другу свою лояльность.

Как я поступил бы на его месте? Скорее всего, не пошел бы в кольцо, предпочел бы пробиваться на север самостоятельно. Но у меня были шансы опередить врагов, которые бросятся в погоню, а Ли Бо в своих силах уверен не был, потому буркнул:

— Ладно. Все равно мне снаружи не нравится.

Я протянул руку, он коснулся ее и исчез в «Сухом колодце». Следом я убрал гнезда, вышел за ворота и, не оглядываясь, зашагал прочь от базы, в частный сектор.

Начало смеркаться, и навь потянулась из укрытий. В первом же дворе, где «Фазовый взгляд» не показал ни людей, ни погони за спиной, я выпустил Тузика и Шарика. Йети хрюкали где-то за гаражами. Я встал посреди двора, сымитировал эманации Костегрыза и велел бездушным выходить.