Книга Сбор урожая, страница 83 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Ли Бо кивнул. Согласие это было или пауза перед следующей попыткой меня убить, я не знал, а Аминаты рядом не было.

Ремень я вернул ему, и он сразу же вдел его в штаны. Потом достал из кольца автомат — сложенный приклад, один магазин, тот, что был в нем, — и протянул китайцу. Он проверил магазин, поставил на предохранитель и повесил автомат на плечо.

— Тогда нужно валить, а не сидеть, — сказал Ли Бо.

— Пойдем. Но не с двенадцатью подранками — сначала я накормлю гнезда. Ты знаешь, какие таланты у чистильщиков Центра?

Ли Бо помотал головой.

— Вот и я не знаю, и лучше не рисковать. — Я демонстративно потер кольцо.

Ли Бо шумно задышал, с тоской посмотрел на серое небо и махнул рукой.

— Ладно. Но точно они меня там не сожрут?

— Не сожрут. Тузик и так там, но в кольце стазис: ни он тебя не увидит, ни ты его. А Шарика я буду кормить здесь и достану тебя раньше, чем посажу его обратно.

Поджав губы, китаец коснулся кольца и исчез. Я спустился по пожарной лестнице во двор и вытряхнул Шарика. Твари были в плачевном состоянии: боеспособных осталось две особи, и те в дырках от картечи. Одна вовсе подыхала.

— Ничего, скоро подлечитесь, — пообещал я.

Гнездо бездушных 15-го уровня

Эволюционирующая активная опустевшая оболочка, множественная сущность: 76 %.

Шесть навей вылезли из магазина через витрины. Выстроив их, как на расстрел, я рассчитал их на первый-второй: четный номер — Нахум, два коротких удара, нечетный — Панганибан, один мощный. Лопатка к тому моменту чуть регенерировала, но все равно болела. А когда я боялся боли? Нави дали Шарику семь уровней и исцеление болящих.

На складе сидело четверо йети помельче и одна крупная тварь. Я выпустил из кольца Тузика: при семи особях он показал 21-й. Мелких я вывел во двор и отдал ему: 21-й уровень стал 25-м, появилась восьмая особь. Крупную оставил напоследок, потому что она мне не понравилась еще с крыши: сигнатура сидела в дальнем боксе и не шевелилась, а бездушный, который не шевелится, обычно ждет.

На «Сокрытие души» и эманации босса он вышел сам. Это оказалась матерая навь 55-го уровня. Ростом с меня, но вдвое шире, плечи и предплечья затянуты роговыми пластинами. Эманациям Костегрыза она подчинилась, встала, качнулась и легла. Первый удар пришелся по пластинам. Навь дернулась и поднялась, уже не слушая команды.

Второй удар я нанес по колену. «Отбрасывание» швырнуло ее на кран-балку, она сползла по стойке и осталась у нее, скребя лапами по бетону. И тут я допустил ошибку, которую не делал уже давно: подошел добивать так, будто она уже не встанет. Она встала. Одним рывком — и ударила лапой. Остатки доспеха приняли удар и погасли, а меня снесло на два метра и приложило спиной к бетону. Из глаз посыпались искры.

— Шарик, фас, — прохрипел я.

Семь тварей вцепились в пластины и грызли незащищенные участки плоти. Навь хватала их, пытаясь содрать с себя, но силы ее иссякали, и пластины мешали ей самой. Я поднялся и с трех ударов доломал ей колено и шею.

Рой из нее вышел такой, что искры плыли над двором облаком. Шарик жрал минуту, не меньше. 22-й стал 27-м, появились восьмая особь и девятая.

Итого: Шарик — девять, 27-й уровень. Тузик — восемь, 25-й. Семнадцать тварей. Уже хлеб!

Я выпустил из перстня Ли Бо. Он вздрогнул, огляделся, мгновенно оценил обстановку и успокоился.