Книга Сбор урожая, страница 114 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Сиденье обхватило ее с боков. Вскрикнув, Лиза с трудом подавила желание вскочить и посмотрела на Марека. Он тоже напрягся.

— Я готова, — сказала она.

Вход закрылся. Часть стены стала прозрачной, и Лиза увидела Ситникова. Он поднял руку. Корабль качнулся и оторвался от земли, секунда — и Ситникова скрыли кроны деревьев, еще секунда — и база превратилась в точку, как и гигантский Охотник у дороги. Марек подался вперед, проверяя, не бросится ли тот в погоню, но корабль уже поднимался над островом. Заложило уши, затошнило — законы физики никто не отменял.

— Петербург, — повторила Лиза. — Сначала туда.

Дхаль-сааби повернул на север.

— Донован, твоя четверка — в школу, во двор, — заговорила лежащая у меня на коленях рация. Звук был убавлен почти до нуля, но механический голос все равно вытащил меня из дремы.

— Опоры и батареи — на волокуши, — продолжил Центр. — Выдвижение по моей команде. Это все.

Я открыл глаза. Пальцы в перчатках не гнулись. Сколько я проспал? Полчаса, час? Над частным сектором висело черное небо, до рассвета было далеко.

Ли Бо сидел с автоматом на коленях и смотрел на меня. Кему видно не было, рапторианец бдел.

— Слышал? — спросил я. — У них тоже четверки. Донован, правда, так разбил своих еще до того, как я пришел к Виктору, но мысль, что кто-то сливает им информацию, все равно не отпускает. Вот только почему Амината до сих пор не выявила крота?

— Может, потому что она сама крот? — предположил Ли Бо. — Ее-то единственную никак не проверить. К тому же она может лгать, прикрывая своих.

— Если так, то мы в заднице, — мрачно заключил я.

Ли Бо почесал лицо, отковырнув струп, под которым проглядывала розовая, как у младенца, кожа, и задумчиво произнес:

— Умеете вы, русские, сказать!

— Велик и могуч русский язык, — ответил я и переключился на «Фазовый взгляд». Дорога до самого поворота на главную была пустой, а с другой стороны, оттуда, где база Виктора, гуськом двигались три сигнатуры. Рядом со мной из пустого воздуха проявился Кема с «Граммофоном» на плече и присел. Ли Бо вздрогнул и шарахнулся, но быстро взял себя в руки.

— Человек Денис, — доложил Кема. — От высоких домов к нам движутся три человека.

— Смена, — сказал я. — Если идут от высоток, то больше некому. Раньше, чем договаривались: Виктор слушает ту же сетку и слышал то же, что и я.

— А слышим мы их потому, что канал нам оставили специально, — предположил китаец. — Либо для устрашения, либо чтобы ввести в заблуждение.

Трое шли медленно. Минут десять у нас точно было. Кема остался сидеть с нами, и пар из его ноздрей шел бледный, почти незаметный.

— Я не договорил про корабль, человек Денис, — сказал он. — Вечером, перед тем как ты меня позвал, корабль сказал человеку Лизе, что, если оператор не появится в течение суток, наступит блокировка, а через два часа после нее прекратится питание его органической части, и корабль умрет. Когда он это говорил, оставалась половина суток, но Лиза намерений не изменила и все равно собиралась лететь.

— Он же отказался ей подчиниться, — напомнил я.

— Все могло измениться, человек Денис, — возразил Кема.

Если корабль подчинился Лизе, она отправит его в Питер, где меня нет. Корабль там сдохнет, а она останется зимой в чужом городе, за семьсот километров отсюда. От бессилия захотелось садануть стену. Как послать ей весточку?