Книга Сбор урожая, страница 100 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Участник выбыл: Иштван Барта, чистильщик 57-го уровня, клан «Дунай»

Участников: 42.

Участник выбыл: Уильям Эшли, чистильщик 61-го уровня, клан «Удар»

Участников: 41.

Валяясь посреди заснеженного двора, возле заметенного бассейна, я переключился на троицу, что якобы гналась за Бартой. Они замерли на месте, чего-то ожидая. Возле меня появился Ли Бо, шепнул:

— Это был не Барта, а какой-то кадавр. Но он при этом был живой? Как так?

— Вот так. У кого-то из наших врагов талант Франкенштейна.

— Поклянись, что убьешь меня, если меня будут брать в плен, — взмолился он.

— Да, — коротко ответил я.

И призвал оба гнезда, потому что на нас сейчас будут нападать.

Свои десять убийств я сделал, какая разница, кто возьмет эти души? Мы все равно уровни не прибавляем, плюшек не получаем…

Гнезда яростно набросились на роящиеся над трупами искорки. Двадцать секунд — и в Шарике четырнадцать особей, он 42-го уровня, а в Тузике тринадцать, он взял 39-й.

— Не по-человечески, — вздохнул Ли Бо и насторожился. — Что там наши трое?

— Чего-то ждут…

Участник выбыл: Стефан Марку, чистильщик 52-го уровня, клан «Карпаты»

Участников: 40.

— Сорок, — проговорил Ли Бо.

Очереди стихли как по щелчку пальцев, грохот взрывов — тоже. Кажется, я понял, в чем заключался самоубийственный план Центра: скоренько сократить количество участников до сорока.

Теперь я могу призвать Кему… Или Тетыщу? Как участники Сведения воспримут рапторианца?

— Ли Бо, — выдернул я из раздумий китайца. — Сейчас я призову соклановца, но это не человек. Не пугайся и не стреляй в него.

— А кто? — узкие глаза стали по пять копеек.

— Разумный ящер.

— Да ты гонишь…

Передо мной появился список всех, кто состоял в клане «Безымянный». Тетыща, Ситников, Макс, Кема… Дальше я не читал.

— Рапторианец Кема Ли-десятый, — сказал я вслух, хотя хватило бы и мысленной команды.

На снегу в двух шагах от меня воздух дернулся и стал плотным, и из него вывалился рапторианец. Приземистый, с «Граммофоном» на плече, раструбом вперед. О, «Граммофон» нам жизненно необходим!

Кема дважды глубоко вдохнул, и из его ноздрей пошел зеленый пар, а потом — рыжий.

Рапторианец сразу же навел «Грам» на китайца, тот прицелился из автомата.

— Кема, Ли Бо, не стрелять! — скомандовал я.

Ли Бо автомат не опустил. Кема тоже не шевелился: раструб «Граммофона» смотрел китайцу в грудь, из ноздрей шел рыжий пар, свидетельствующий о напряжении рапторианца.

— Кема, это Ли Бо, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Он с нами. Ли Бо, это рапторианец Кема. Он из моего клана. Опустите оружие оба.

— Человек Ли Бо, — выговорил Кема и отвел от него «Граммофон».

Ли Бо опустил автомат не сразу.

— Офигеть, это же рептилоид! Реальный рептилоид, — пробормотал он, уставившись на Кему, заржал, протер глаза и снова вытаращился на рапторианца.

— Да-да, так и произошел контакт двух цивилизаций, — проговорил я.

— Офигеть, — повторил Ли Бо. — Это маскировка такая? У него системка, как у нас, ни слова про инопланетянина.

— Если тебе так легче, пусть будет маскировка, — отчеканил Кема.

— Я думал, ты шутишь, — все еще не верил своим глазам Ли Бо.

— Человек Денис, — сказал Кема, и пар из ноздрей у него пошел зеленый. — Ты жив, я рад тебя видеть.

— Я тоже рад тебя видеть, дружище! — Хотя радоваться сил не было, с таким соратником рядом дышать стало легче. — Кема. Тут война, все против всех. Своих у меня здесь — ты да он.