Книга Кодекс Охотника # 47, страница 111 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Усы дрогнули, на этом разговор закончился. Со стаей обычно так и работает. Пока вожак сильнее всех, остальные могут заниматься своими делами. Пожрать, поспать, детёнышей вырастить. А если кто-то придёт мешать, разберётся вожак. Ему самому с отдыхом хуже. Самый сильный в стае ещё не значит самый сильный в округе. Всегда найдется сосед покрупнее, и придётся доказывать, что место занято. Не доказал, скоро твою стаю поведёт кто-нибудь другой, если от неё вообще что-нибудь останется.

Можно, конечно, настолько задолбаться от этих визитов, что начать рвать жилы и стать сильнее всех, до кого сумел добраться. Тогда появится время и самому прилечь. Одним глазом всё равно посматривать, но хоть так.

Казалось бы, я тоже кое-чего добился. Люди уже знают, кого звать, если к ним на огород бог забрёл. Враги мою силу только что проверили на собственной шкуре. И где мой отдых?

Я разобрался с Кольцом, получил непонятную тварь на Луне. Вернулся домой, нашёл Скульптора. Занялся им, медоед срочно потребовал охранять яблоню. С таким расписанием я, как и Дорничев, скоро садовником стану.

Я посмотрел на небо. Высоко над усадьбой прошла бледная вспышка. Через некоторое время появилась ещё одна, ближе к горизонту. Сила перекатывалась по повреждённым участкам, и я видел, как неровно она там движется. Местами скапливалась, потом прорывалась дальше. То, что эти уроды сделали с Землёй, за пару дней не исправить. Тут даже приблизительного срока я бы не назвал. Мы научились отбивать нападения, однако после каждого остаётся такое, с чем потом ещё разбираться и разбираться.

В стене дырку можно заделать, если есть материал и рабочие. А вот получится ли вернуть прежнее состояние самому миру, в который столько времени совали чужую силу, я пока не знал. Планета держалась. Спасибо ей хотя бы за это.

— Мелкий, глянь, что там Виктор делает, — попросил я, вернувшись к краю дорожки. — Только не пугай. Покажи мне из Тени.

Из-под ближайшей скамьи высунулась морда.

— Опять ш-ш-штатуи? — Шнырька глянул на меня, дёрнув ухом.

— Они самые, — подтвердил я. — Хочу посмотреть, как работает, когда над душой не стою.

Мелкий исчез, и вскоре перед глазами появилась мастерская.

Парень был занят. На столе раскрыты книги с картинками, несколько толстых альбомов лежали прямо на полу. Между страницами торчали закладки, рядом валялись листы с зарисовками. Виктор то подходил к одной статуе, то возвращался к столу, что-то сравнивал и снова брался за работу.

Афродита стояла у входа, по-прежнему при оружии. Хорошо, что я решил лично не заглядывать. Опять пришлось бы объяснять ей, почему хозяина беспокою.

Сейчас Виктор занимался какой-то дамой в длинном платье. Скульптор, который делал её прежде, явно испытывал трудности с лицами. Один глаз был чуть выше второго, рот сдвинут, щека получилась такой, будто женщину перед работой покусали пчёлы. Хотя откуда мне знать, может, она именно так и выглядела? Заказчица заплатила, мастер выполнил. Спорить с благородной дамой из-за формы её щёк себе дороже.

Виктор, впрочем, был с ним не согласен. Он провёл пальцами по подбородку, убрал руку, затем посмотрел сбоку. Потом отошёл, принёс раскрытый альбом и поставил его так, чтобы видеть страницу прямо во время работы.

Камень под ладонью сдвинулся, совсем немного, но лицо уже стало другим. Витя снова отошёл, наклонил голову и вернулся поправлять уголок рта.