Книга Падшие, страница 90 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

Темные глаза главнокомандующего «Возмездия» без всякого технического усиления видели, что творится в самом захолустном уголке его владений. Воинская стать и выправка не пострадали даже спустя много лет. Скорее напротив – улучшились с годами, словно хорошее вино. Внешнее спокойствие этого человека обманчиво. За долю секунды он способен превратиться в беспощадного карателя, от которого не удастся уйти живым.

Солдаты в зеленом камуфляже теперь вели себя иначе. Похоже, на простых сталкеров им было глубоко плевать, а с вышестоящими неизвестные готовы засунуть свою дерзость куда подальше. Мерзкая порода людей… Перед начальством хвостами крутят, как послушные собачонки, а за глаза – только повод дай, всю Зону в асфальт закатают.

В голову пришла неприятная параллель с Деймоном. Действительно, у них больше общего, чем хотелось бы. Одним глазом молитву читает, другим – уже разбирает неугодного на куски. И как ведь сыграл, гад такой! Люблю, артефакт куплю… Тьфу, даже думать противно…

— Уходим через южный блокпост. Там опытным сталкерам интереса мало. Да и аномалии давно сплошняком стоят. Я проведу, а после разбежимся, – буднично произнес Вовка, словно обсуждал с таким же одиночкой очередной рейд.

— Да хранит нас Зона… – слова потонули в шуме шагов.

На наше счастье, погони не было. Да и кому может быть интересно, куда собрались сталкер и «ученая»? Обычная для этих мест картина. Опасаясь рисковать штатным персоналом, работники науки частенько прибегали к услугам опытных вольных странников.

Жара наконец спала, повеяло приближением осени. Темные облака плыли по низкому небу, упругие порывы ветра подгоняли в спину. Где-то вдалеке подвывали собаки, а впереди утробно гудела плотная стена аномалий.

— Не очкуй. Я уже много раз ходил здесь. Налаживал более приятные связи. Хватило уже жизни по уставу. Свободы хочется.

— Так и шел бы к «Независимым». Вот уж где анархия…

Я поежилась от неприятного покалывания статики, сгустившейся за несколько метров до аномальной поляны. «Рассвет-1» не имел такой защиты от враждебного воздействия, как наша клановая броня, а оттого присутствие агрессивной среды буквально ощущалось кожей.

— Не-е, – протянул Вовка. – Они долго не живут. Либо с «Возмездием» перегрызутся, либо вы руку приложите.

— Что есть, то есть.

С метким замечанием трудно было не согласиться. Пусть нам и удалось отбросить часть «Независимых» назад на юг, но они все еще не оставляли попыток прорваться мелкими группами и снова завладеть Черным лесом. Да кто ж им теперь позволит? Сами разозлили «Обелиск» – сами и разгребайте последствия.

Почва под ногами мелко вибрировала, в сгустившемся воздухе с каждым шагом становилось тяжелее дышать. Не впервой гулять между аномалий, но редко когда хотелось сорваться почти на бег, наплевав на безопасность. Казалось, что еще немного – и все живое в Зоне ополчится на меня и пожелает расправы над падшим чадом.

Предатель, наемники, «Возмездие»… Могла ли я знать, что, согласившись на все ради мести, переверну десяток жизней вверх дном? Могла. Говорили ведь, и не раз. Нет же, надо было сделать все по-своему и теперь крупно сожалеть, не надеясь на свет в конце тоннеля.

Нельзя более давать эмоциям возобладать над разумом. Стоит их выжечь, вырвать из себя с корнем, а почву засыпать солью. Чтобы даже самый маленький росток чувств не зародился в душе. У Деймона же получилось.