Книга Падшие, страница 2 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— Ну так вот, – продолжил Гарм. – Тряхнуло так, что часть крыши над мужской казармой обвалилась. Еще и «крематорий» вырос прямо посреди зала.

— Обелиск милостивый… Никто не пострадал? – встревоженно спросила я.

— Не особо. Брату Дорну из южного крыла прилетело обломком стекла по ноге, да еще аномалия подпалила Фаусту хвост. Оба жить будут.

— Да… дела… Хорошо, меня засунули в казематы У-8.

— Повезло вам, что никто из живности не поинтересовался причиной вторжения. Говорят, гиблое это местечко. Так вот, к теме: нас вынужденно разбрасывают по женским квартиркам, пока идет ремонт и аномалия не свалит куда подальше. Девчонок у нас мало, так что извольте потесниться. Не знаю, надолго ли вся эта история, поэтому заранее предупрежу: я по ночам храплю. И очень не люблю, когда кто-то устраивает «охоту на тигра». Могу и в глаз дать.

В коридоре загудели сервоприводы, проход в комнату заслонила высокая фигура.

— Приветствую, – улыбнулся брат Ост, демонстрируя ямочки на щеках.

Медики, ученые и даже нейротехники присоединились к грандиозной операции по возвращению его в строй. Один за одним шли многочисленные эксперименты, но желанный успех все так же оставался недостижимым. Несколько месяцев понадобилось брату, чтобы научиться просто сидеть и кое-как перемещаться с использованием рук. Затем начались попытки восстановить движение ног, но с этим его постигла неудача. С тех пор брат Ост был вынужден передвигаться с помощью высокотехнологичного экзоскелета, управляемого движениями работоспособных мышц и пультом на рукаве.

Я до сих пор винила себя за тот выстрел, несмотря на заверения, что еретик нажал на спуск без моего на то желания, и героические рассказы о спасении командира от пули неверного. Брат так и не победил свое тщеславие, приукрашивая события прошлого в свою пользу.

Боевые навыки Оста пострадали не сильно – травма почти не затронула функции рук. Однако снайперскую винтовку теперь заменял трехствольный пулемет. Из тихого, скрытного разведчика брат превратился почти что в живой танк. Ему не приходилось задумываться о весе брони, а количество полезного груза на себе он мог тащить куда большее, чем самые физически здоровые и крепкие соратники.

— Утро доброе, брат, – улыбнулась я. – Приветствую тебя в нашей скромной келье.

— Ничего себе «скромной», – удивился Ост. – У вас даже стены есть. Не бывала в зале братьев? А… ну да… Ты ж так и не присоединилась к медицинскому подразделению. В общем, у нас один огромный зал на треть состава ордена. Все у всех на виду. Даже рад, что его накрыло. Хоть попробую на вкус каплю личного пространства.

— Тебе есть что скрывать? – раздавшийся за спиной брата голос в одно мгновение испортил настроение всем присутствующим.

Худшего соседа нельзя было представить. Обидчивый, взрывной, иногда до неимоверной степени въедливый дознаватель Деймон стоял в дверях, расстегивая лямки рюкзака.

Возмущение сдавило грудь, не позволив вымолвить ни слова, едва дознаватель грубо оттеснил плечом замешкавшегося Оста и грохнул рюкзак на кровать, некогда принадлежавшую погибшей сестре. Большего святотатства, казалось, невозможно сотворить. Лишь знание о распоряжении Настоятеля и форс-мажорных обстоятельствах позволило проглотить и подавить поднявшуюся горечь гнева.