Книга Стальной Апостол, страница 27 – Максим Бугаёв

Очевидно, что мой вопрос просто поверг в ступор брюнетку. Через пару секунд я лишь услышал негодование кареглазой: - "да что же это за человек такой?". " Ну ничего на него толком не действует".

Ёпть, меня что загипнотизировали всё-таки? Не могу руки оторвать от земли, ноги не слушаются, тело не ощущаю, перед собой вижу только эту ОльГанаалу, всё остальное плывёт как в тумане. Я понял, что моё сознание растворяется в мягкой дымке дрёмы и сна, унося меня в мир сказочного и прекрасного забвения. Перед самым концом своих воспоминания, я увидел, как встала с травы брюнетка и одарила меня многозначительным взглядом со словами - "Что-то мне подсказывает, Максим, что мы с вами ещё увидимся. Ну а теперь прощайте, теперь вы...". Темнота. Умиротворённая и спокойная темнота. И так мне приятно и тепло, легко и спокойно в этой темноте, что никакого желания нет покинуть эту пустоту. Хорошо.

Кто-то перышком щекотал мне нос. Боже как же это неприятно, кому только пришла в голову гениальная идея, так будить человека. Глаза не открывались совсем, шея затекла, руки и ноги тоже, тело всё ватное. Ёлки-палки, ощущаю себя старым и ржавым, а ведь мне только тридцать пять лет, в самом соку мужчина.

— Макс, вставай уже, хватит кочевряжится, - знакомый мужской голос донёсся сверху.

Я открыл глаза и увидел перед собой голого мужика в знакомых мне синих семейных трусах. Передо мной стоял Толик, в руке у которого был здоровенный нож. Де жа вю!

— Твою мать! - я на четвереньках отполз на метр от него. А чего вы от меня ожидали. Попробуйте проснуться, а над вами нависает обнажённый лохматый мужчина со здоровенным ножом в руке. Ассоциации всплывают не радужные, при такой картине.

— Да не шуми ты так, тихо! - поднёс палец ко рту Анатолий. - Разревелся тут как медведь.

— Толик, ты? - для пущей уверенности я протёр глаза. Морщась от мысли, что в последнее время я стал часто валяться в беспамятстве. Меня это уже изрядно начинало напрягать.

— Я, - в знак согласия махнул он головой. - Да не дрейфь ты, - увидел он как я кошусь на нож, - это трофейный, от тех гадов, что Пашку увезли.

Так это всё не сон, а я уж было подумал, что примерещилось мне всё это, приснилось. Но реальность больно хлестнула своей ладонью по щекам.

— Каких ещё гадов? - не понял я, про кого толкует мне лохматый.

— Долгая история, потом расскажу. Давай вставай.

— Мы куда-то спешим? - я начал подниматься на ноги, кривясь от боли в затёкших суставах.

— Не то, чтобы спешим, а просто на открытой местности тут находиться нельзя.

Что же, поверю на слово. Кажется, он прав, да и выбора у меня всё равно нет.

— Так всё-таки, откуда нож? И кто такие "гады" про которых ты мне говоришь.

— Вот ты нудный, - заартачился Анатолий.

— Давай уже не томи, вкратце.

— За нами с Пашей приехали. Только совсем не спасатели.

— А, кто тогда?

— Хрен их знает кто они. Только вот встречаться мне с ними второй раз совсем не хочется.

— То есть?

— Повязали Пашку нашего, а я сбежал. Вот и весь сказ.

— Весёлые истории продолжаются. Значить ты сбежал от них?

— Ага, - улыбнулся Анатолий с тенью хвастовства, - меня они не словили.

— Молодец, - искренне порадовался за него я, вставая на ноги с мягкой травы.

В голове пронеслись события с амазонками, которых я не так давно встретил. Пальцы сжались в кулаки произвольно, желваки заходили ходуном на челюстях.