Книга Чужое Дело. Пролог, страница 123 – Максим Бугаёв

Не дожидаясь моего разрешения, она потянулась к панели управления. Я хотел было её остановить, но тут же заметил, как она активировала режим ручного управления и ввела код, который мне был неизвестен. На экране замелькали новые данные, и скорость нашего глайера резко возросла.

— Что ты сделала? — недоверчиво спросил я, следя за цифрами, которые продолжали расти.

— Включила режим перегрузки. На борту всё-таки есть кое-какой резерв мощности, — пояснила она, не отрываясь от панели.

— Это транспортник, а не истребитель! — воскликнул я. — Этот "резерв" развалит нас через пару минут! Ты об этом в курсе?

Она повернулась ко мне, и в её взгляде читалась какая-то странная смесь упрямства и отчаяния.

— У нас в остатке тридцать две секунды, пэм, — указала она взглядом на мой монитор, где красными цифрами шел отчет времени и потом нагло добавила, —У вас есть другой план, пэм?

Вздохнув, я откинулся в кресле, пытаясь сосредоточиться. В это мгновение сам не понимал, отчего доверился этой нахалке. Возможно, причина была в моём нервном истощении. Я уже реально устал за последнее время. Череда навалившихся проблем меня как под пресом сдавливала. И скорее, я подсознательно искал помощи со стороны, хоть небольшой передышки.

— Хорошо, если выживем, объяснишь мне тогда, откуда ты вообще взялась.

— Договорились, — коротко ответила она и вновь погрузилась в работу.

Гера тут же подал сигнал:

— * До вхождения истребителей в зону поражения двадцать две секунды. Активирована перегрузка силового блока. Рекомендую оценить риск разрушения структуры корпуса.

— Спасибо, Гера, — пробормотал я, чувствуя, как пот выступил на лбу. — Как обычно, вовремя.

Теперь оставалось надеяться, что её сумасшедший план сработает. И такое положение дел меня явно не устраивало. Я понял, что привык всегда сам контролировать ситуацию, и как-то до этого момента удавалось выжить. А теперь, я в неизвестном для себя состоянии. Какого хрена я вообще так сплоховал и доверился первой встречной девке? Надо было её выкинуть за борт и дело с концом.

Я потянулся к панели управления, чтобы переключить на себя управление, но тут же получил по рукам. Такое я точно не ожидал. Повернув голову к ней, не нашел в её взгляде ни малейшего сомнения, только решимость.

— У меня получится, не сомневайтесь, — твердо сказала она, несмотря на настоятельную тревогу в её голосе.

— Что получится? — тихо спросил я, осознавая, что она, похоже, не имеет ни малейшего представления о том, что она делает.

— Всё! — яростно произнесла она и накренила машину сначала на правый борт, а потом резко перешла в пике.

Глядя на монитор, я проклял те секунды слабости, когда решил довериться ей. Высота катастрофически быстро падала, а цифры скорости росли с каждой секундой.

Господи! Почему ко мне липнут только сумасшедшие дуры? Мы без спецкостюмов! Если перегрузка достигнет 8 g, для неё этот полёт станет точно последним. Но, откровенно говоря, черт с ней, как мне теперь выбраться из этого пике? Эта посудина не способна на сложные акробатические маневры. Двигатели уже за критической точкой, нам по сути тормозить нечем. Только реактор разорвём ко всем чертям, вместе с собой.

Превозмогая перегрузку, я всё же коснулся панели и активировал режим «отключения второго пилота». Мои руки слегка подрагивали, но годы практики, выработка устойчивости к экстремальным условиям, помогли удержать контроль.