Книга Пограничное состояние. Том 1. Становление, страница 56 – Алексей Сунгуров

— Можно организовать баронство и от его лица подать прошение на вступление в империю. Можно назваться торговым союзом. Как вам будет удобней, — предложил я. — А как на планете обстоят сейчас дела с нейросетями?

— Плохо. На корабле было несколько тысяч их из запасов филиала «Нейросети» нашей старой системы, но они давно поставлены и используются повторно. Дефицит нейросетей составляет более полутора миллионов, но, боюсь, мало у кого найдутся деньги на новую нейросеть.

— Зато такая потребность даст заработать филиалу банка на кредитах, и поэтому привести сюда банк станет гораздо легче. А деньги в системе быстро появятся, как только начнется транзитная торговля.

Выгода от слияния двух сил стали очевидны всем, но переговоры тянулись еще долго. Вариант с образованием баронства не прошел, и не только потому, что стороны не доверяли друг другу, боясь отдать первую скрипку. Главным стало отсутствие безоговорочного лидера на планете. Люди два века играли в демократию, и теперь не имели разумного, кому смогли бы делегировать заботу о своем благополучии и безопасности. А мы все еще оставались чужими для всех обитателей системы. Нужны были видимые дела, которые показали бы нашу заботу о их процветании, а пока нас только изучали.

Поэтому временно договорились на заключение торгового союза, в который стороны входили своими активами: мы предоставляли торговую станцию и ремонтную верфь, а планета свое работоспособное население и добывающие предприятия системы. Доходы сторон распределялись в соответствии с вкладом каждой в общее дело, а ведение внешних отношений союза возлагалось на Нила Рама и юриста Шайны-3 Эбинезера или Эба Зиппо. Со второго дня переговоров Эб постоянно присутствовал в составе делегации системы, а при отлете эсминца «Марин» с буксиром и Нилом на нашу станцию «Тайри-2» за астероидом, Эб полетел налаживать отношения с империей, имея на руках доверенности как от торгового союза, так и от Шайны-3.

Форму и количество минных объемов стороны успели согласовать до отлета. В системе оставались фрегат «Санта» с корветом «Сигал», которые и начали расставлять мины, благо специалист минных постановок нашелся в составе нашего отряда. Им оказался навигатор корвета Брет Гил. А мой «Шарк» полетел сопровождать грузовоз «Данки» во вторую засекреченную мной систему на разведку и за новыми полезными запчастями. В системе Шайны оставался наш большой грузовоз без трех двигателей, который пристыковали к эвакуационному транспорту на орбите Шайны-3. До прилета сюда астероида грузовоз будет играть роль нашей станции и грузового склада. Главный искин с него Нил забрал с собой в надежде зарегистрировать корабль в системе Мускун. Временным капитаном на него назначили помощника Сирано бывшего флотского кладовщика Дика Ксана, ведь главной задачей транспорта был теперь прием и хранение агрегатов и запчастей, привозимых с кладбища кораблей, да выдача мин для постановки в системе.

Сона улетела с Нилом на эсминце. Пока она была нужнее там, чем в системе Шайны. Отсюда пока не было гиперсвязи с Содружеством. Нам предстояло купить и установить по всему пути до ближайшей станции «Конти» два десятка ретрансляторов. Вот после появления связи с информационными системами Содружества Соне хватит работы по защите наших искинов и здесь. Расставаться было грустно, но у каждого из нас были свои обязанности. Мне предстояло разведать вместе с экипажем «Данки» второе кладбище кораблей, определиться, что из трофеев забирать в первую очередь, а после продолжить картографирование систем теперь по пути к станции «Конти».