Книга Воздушная разведка. Книга первая, страница 62 – Владимир Поселягин

Вот так сходу и пошла служба. За ночь дважды на разведку вылетал, проводя штурмовику с пикирования. В первый раз склад с топливом, второй раз со снарядами. Полыхало здорово. Сразу передавали информацию на месте базирования связному командиру, этим штурман занимался, его работа, а тот в штаб фронта, разрабатывали операцию по выходу из котла, пока там наших не переварили. Как отлетал эту ночь, лучше не спрашивайте. Вырубило после второго вылета прямо за штурвалом, меня достали унесли в землянку бойцы. Я туда вещи отнёс после первого вылета, заняв место. Там и проснулся поздним днём. Выспался. Там поел, искупался в озере, ну и привёл форму в порядок. Закончил, и темнеть начало. Новый вылет. Кстати, в этот раз стояли с истребителями. Их кухней пользовались. Я даже медитации провести с тренировками не успел, как на вылет. Так что активно летали. На третий день, мощным ударом, войска, что в котле были, туда закинули командиров воздухом, чтобы собрали части и прорвать линию окружения, и те сделали это, вывели почти сто тысяч бойцов и командиров, даже немало техники. Захватили топливо у немцев. И да, там в котле ещё бродили разные подразделения, немцы ими занимались и ликвидировали. Но всё же большую часть вывели. Их сразу на новую линию обороны, те на месте, копая окопы, приходили в себя. Приводили в порядок матчасть. А мы летали. Только на второй день тот связной командир, что забирал разведывательную информацию, протянул мне лист. Информация по Юле. Уф-ф, жива. Ещё две недели назад ей оформили перевод, и та сейчас находиться в Туле. Служит в госпитале. Кстати, получила награду, медаль «За боевые заслуги». Это за какие ещё заслуги она её получила⁈ Нет, с её пузом такого, о чём я думаю, точно нет, просто интересно. Так что поблагодарил командира. Тот на словах сообщил, что генерал дозвонился до госпиталя и через главврача передадут Юле, что я жив, вышел к своим. А так родителям своим я уже написал, что жив, дальше воюю, три письма им ушли и одно родным Юли, а теперь имея почтовый адрес жены, и ей написал. Даже успел кроткое письмо написать в штабе полка истребителей, почта у меня та же, и на вылет.

— Это куда мы летим? — спросил штурман. — Линия фронта в пятидесяти километрах позади осталась.

— Надо мне.

— Не понял? У нас же задание?

— Успеем. Сейчас до того села долетим, где меня в сарае держали. Хочу орден и комсомольский билет вернуть.

— Так восстановить обещали?

— Обещания три года ждут, а это моё. Я быстро, не волнуйся, тут немного осталось. Стрелок, слышишь?

— Слышу, товарищ старший сержант.

— Я машину разверну хвостом в сторону села. Прикроешь, если шум поднимется и меня преследовать будут.

— Сделаю.

Так и добрались. Понятно ничего в сарае я не прятал, но мне нужно доказательство, что возвращался за ними и вернул. Добрались, причём, последние четыре километра планировали с отключёнными двигателями. Ох я и рисковал, «пешка» так себе планирует, как камень, не передать как рисковал. Шасси выпустил, но сел чётко, на дорогу, у села, так что пока инерция есть, развернул машину и остановил. Четыре сотни метров до окраин.

— Всё, сидите. Я быстро.

Вот так сняв парашют снаружи, рванул к селу. Там кстати тихо было, глубокий тыл, до котла километров сорок, если только тыловики какие могли на ночь остановиться. Делал вид, что пошарил у строений, прыгнув на солдата, явно часового, у села на улице техника стояла, говорю же, тыловики тут, ударил дважды ножом. Забрал документы, карабин с ремнями и подсумками. Всё ценное, и рванул обротано. Кстати, награду, наградную книжицу и комсомольский билет достал, чуть извозив земле. Вот так подав трофеи стрелку, тому удобнее чем нам, заодно свежий трофей подарил, часы, у него не было, сам накинул лямки парашюта, забрался на своё место, и запустив двигатели, сразу пошёл на разгон, потрясло изрядно, но взлетели, и с разворотом потянули к линии фронт. Нас ещё работа ждала.