Книга Воздушная разведка. Книга первая, страница 149 – Владимир Поселягин

Добрался воздухом без проблем, тут порядок, там уже прошёл обследование. Шесть дней хватило, пять дней койку в палате занимал, но врач отметил в личном больничном листе, что изменений нет. Так что после Киева в Москву. Там потратить пришлось некоторые суммы, занимался поиском схронов, пока маклер, найдя подходящий дом на востоке столице, занимался оформлением. Купить недвижимость в столице без прописки было сложно, но маклер знал нужные ходы, и всё было сделано за две недели. Мне нужен дом тут, чтобы сюда перевезли личное дело из Киева. Юля в это время гуляла с детьми по Москве, мы сняли шикарную квартиру для этого времени, на две комнаты, кстати, тот же маклер нам её и нашёл. Дальше заселились в дом. Пожили некоторые время, я в военкомате был, прописку предъявил, чтобы затребовали личное дело из киевского военкомата сюда. Дальше просто пошёл в санитарное управление РККА, и сдал дом в аренду для проживания медиков. Вскоре заселилась семья военных врачей с двумя детьми. Юля кстати в этом мире отказалась легализоваться, это мне тут интересно поучаствовать, боевой опыт получить в разных направлениях, вот как раз по этой войне та имела не самые лучшие воспоминания и повторять точно не хотела. Оттуда в Саратов, в медицинское училище. А местной Юли тут просто нет. Заехав в лётную школу в Энгельсе, мы добрались до села, где её родственники жили. И узнали, что местная Юля, поступила сразу на врача и ей ещё учится три года. Это в Харькове. А Саша Серов тут погиб. В феврале сорок первого, когда поезд снёс машину. Пока оставили всё как есть, и за границу. Вот снова топил британские суда и вообще всех, кто шёл на остров, я и нейтралов не игнорировал. Дважды крейсер применял. И если амулет «Руки» в начале использования в этом теле едва на тридцать пять рук вытягивал, второй поток сознания открылся, то к концу осени уже было сорок семь рук и четыре потока. Четвёртый недавно открылся. Я активно умнел и улучшалась память в разы. Это сказывалась нагрузка, но я справлялся. Амулет конечно энергию быстро тратил, но я заряжал его. Не амулетом зарядки. Уже спокойно сам этим занимался, набив руку. А так только за месяц больше сотни грузовых судов на дно. Это серьёзно ударило по Англии, что не могла без внешнего снабжения существовать.

Всю зиму громил британский военный флот, да транспортные суда. Там на меня настоящая охота пошла, потому как я свидетелей не оставлял. А так как использовал «Каталину» для разведки, то как находил интересные цели, садился и дальше уже шёл к ним, или на субмарине, или на эсминце. Раза три и крейсер использовал. Дважды устраивал бои с эсминцами нагличан. Выходила моя победа, хотя ремонт проводить пришлось, по мне тоже попадали. Причём, я так эксплуатировал подлодку, что ресурс вышел в ноль. Пришлось серьёзно заняться ею в марте сорок первого. Добыв запчасти, две недели ремонтом занимался. На берегу Португалии всё, но привёл в порядок. Да, мог новую, но эта субмарина мне дорога как память. В апреле снова в США, и там мы просто отдыхали с супругой и детьми, карнавалы в Бразилии посетили. Кстати, Виталий брюнет, с приятным лицом и яркими голубыми глазами. Тело я хорошо прокачал, рост сто семьдесят два сантиметра, не высок. Среднего роста. Но и не рост как у Сашки был. Вот так до середины июня и отдыхали. Занимались Геной, уже учил его читать, писать и считать. Алёна училась плавать, вот уж оторва, это тот человек кто знал, что ей надо и шёл к своей цели уверенно и напористо. Вернулся в Москву. Дети и супруга в хранилище. Жена собиралась изучать мир космической цивилизации, поэтому велела её доставать в крайнем случае, когда мне её помощь будет нужна. В остальном, мол, воюй, если так хочешь. Заранее переодел ту в форму военфельдшера, та её сохранила. В Москве в больницу, меня сюда перевели, и лечащему врачу радостно сообщил, что рука снова действует, чувствую её. И пошли обследования, меня в больницу положили, под присмотр. Дальше комиссия. Не ради меня созвали, тут она проходит планово в определённое время. А так как там от военных, то я и прошёл ту. Жил дома с постояльцами, на печке на кухне, те не возражали, я такую возможность сообщил, что наездами буду бывать. А официально я на севере, на заработках. Два дня прошло, пока бумаги делали, меняли данные в личном деле военкомата, а тут двадцать второе, и по радио сообщение Молотова. Так и началась для меня война. Я с речки возвращался, с ведром улова и двумя удочками, когда пробегающие мальчишки радостно крикнули, что война идёт. Немцы напали. Столько восторга.