Книга 44–ая реинкарнация злодея, страница 101 – Алекс Го

Су Лили впервые услышала ее от одного из младших учеников, напевавшего понравившуюся песенку. Она замерла, прислушалась к словам про учительницу и ученика, которые вместе спасают мир, и затем ее взгляд, тяжелый и полный понимания, сместился в сторону террасы, где Хань Ян с показным безразличием кормил карпов в пруду.

Он почувствовал ее взгляд на своей спине, но не обернулся. Внутри все пело от торжества. Он не просто ухаживал за ней. Он менял мир вокруг них, подстраивая его под свою любовь. И в этом ему помогал самый неожиданный союзник - его ненавистный младший брат, чей дар оказался полезнее, чем он предполагал. Теперь в голове у злодея рождались все новые и новые планы.

Успех первой баллады вдохновил Хань Яна на создание целой эпопеи. Он понял, что одиночная песня - это лишь искра, а ему нужен неугасимый пожар, который охватит умы всей страны. Так начался цикл баллад о «Нефритовой заклинательнице и ее верном ученике». Каждые два-три месяца на улицах городов появлялась новая песня, и люди с интересом следили, как могущественная заклинательница и ее отважный первый ученик сражались с темными заклинателями, разгадывали древние загадки, спасали города.

И в отличие от многих других баллад подобного рода, тут учительница не исполняла роль девы в беде, она спасала людей даже чаще, чем ее ученик. Сюжеты были захватывающими, полными драматизма и, конечно, намеков на глубокие, запретные чувства, которые герои скрывают друг от друга во имя долга.

Образы были настолько яркими, а мелодии такими запоминающимися, что вскоре во всей стране не осталось человека, который не слышал бы о героической паре. Дошло до того, что при встрече старейшины Тяньшу и других орденов начали с подозрением поглядывать на Су Лили - в конце концов, сильных заклинательниц в мире не так уж много, а глава пика искусств хорошо подходила под описание персонажа баллад.

Су Лили реагировала на это с невозмутимой иронией. И каждый раз, когда звучала новая песня, она находила Хань Яна и одним лишь взглядом, полным смеси укора, веселья и чего-то глубокого, невысказанного, заставляла его внутренне трепетать. Это был их странный, безмолвный диалог. Он - признавался ей в любви на весь мир. Она - принимала это, не одобряя и не отвергая, но и не прекращая.

Популярность баллад вдохновила Хань Яна на нечто большее. Он решил написать роман, повествующий о приключениях могущественной заклинательницы Линь Юй и ее преданного, пылко влюбленного ученика Лунь Чана - «Искра в сердце жемчужного тумана».

Ключом к успеху был, конечно, Сяо Лань. Хань Ян превратил его дар в инструмент для шлифовки своего мастерства. Пророк снова и снова погружался в видения, видел тысячи лиц, слышал тысячи обрывков мнений, споров, восторгов и критики. Его голова к концу каждого такого урока раскалывалась от перегрузки.

Но был в этом и неожиданный плюс. Постоянная, изматывающая тренировка дара под давлением страха и желания угодить сделала Сяо Ланя невероятно сильным. Он научился фильтровать информацию, и не просто видеть будущее, а моделировать в уме ситуации «что, если». Его мастерство контроля над Ци росло вместе с его даром, ведь чтобы не перегреться, ему пришлось научиться тончайшему управлению энергией.