Онлайн книга «Вечно голодный студент 1»
|
Щека промолчал, как и сам Проф. — Раз возражений нет, то лидером рейдерской группы будет назначен Проф, — кивнул майор Липчин, а затем посмотрел на деда. — На тебе будет оперативное командование. Щека, как боец на третьей линии, получит носимую радиостанцию Р-168 — придётся пройти ускоренную спецподготовку. — Ок, — пожал плечами Щека. — Радиостанция весит 3,5 килограмма, но ещё четыре килограмма — катушка с антенной, — сообщил майор. — При разворачивании антенны дальность связи увеличится с 4–6 километров до 12–20 километров. Но у нас по окрестностям установлены ретрансляторы, поэтому можно рассчитывать на связь до 60–70 километров. И радиосвязь нужна только для сверки маршрута и сообщений о статусе выполнения задачи. Помощь можете не просить — никого не отправят. — А почему? — возмущённо спросила Фура. — Вы будете ходить далеко, — ответил майор Липчин. — Нельзя отправлять спасательные отряды на большие расстояния — это неоправданный риск. — То есть, когда мы рискуем — это оправданно⁈ — продолжила Фура. — Тебе что-то не нравится? — поинтересовался майор. Она хотела ответить, это понятно по приоткрывшемуся рту, но Профессор посмотрел на неё и она решила не отвечать. — Вы подписали контракт, — произнёс майор. — Ваши конституционные права ограничены — добровольно. Да и какие сейчас конституционные права? Вам нужно всегда помнить одно — уйти не получится. Вы уже по самые гланды в армии, поэтому просто вынуждены делать то, что приказано. Это ясно? — Да, — ответил я. — Конечно, — кивнул Проф. — Ага, — ответил Щека. — Да… — тихо ответила Галя. — Да, понятно, — кивнула потупившая взгляд Фура. — Тогда больше не возвращаемся к этому вопросу, — произнёс майор. — Переходим к тактическому взаимодействию рейдерской группы в условиях открытой местности… Примечания: 1 — Хейтить — от англ. hate — «ненависть» — неологизм и англицизм, проникший в наши палестины, как обычно, из этих ваших интернетов. В западных безблагодатных краях есть производное «hater», которое тоже проникло к нам, через палестино-египетскую границу — хейтер, то есть, «ненавистник» или, если угодно, «злопыхатель». Важная ремарочка для всех славных и праведных поборников чистоты нашего палестинского языка: языки перманентно заимствуют слова, это не плохо и не хорошо, потому что случается такое заимствование не только потому, что это такое подобострастное преклонение перед западом, а потому, что в языке не обнаружилось точное слово, описывающее явление. Да тот же глагол «хейтить» — в нашем палестинском есть слова «ненавидеть», «злобствовать», «бранить», но hate — это больше смесь ненависти, злобы и активности. То есть, ненавидеть можно сидя на кухне, с рюмкой водки на столе и горящей жопой на табуретке, злобствовать и бранить тоже можно в одиночестве, в тех же условиях, но хейтить — это активно проявлять свою ненависть, чтобы окружающие точно знали, кого и за что ненавидит этот хейтер. Получается, потребность в выражении появилась, а выражения не нашлось — закономерно заимствовали имеющееся у кого-то. Короче, если язык не заимствует новые слова и не развивается, то это, скорее всего, мёртвый язык, потому что живые языки вбирают в себя что-то новое просто постоянно. А мёртвые — нет. В качестве примера могу привести кучу языков — латынь, церковнославянский или коптский языки. Они, как бы, ещё есть, не утрачены, но безнадёжно мертвы, потому что не развиваются — не образуют новые слова, даже не заимствуют их. И вообще, если слово заимствовано в какой-либо язык, то всё, это уже, чисто технически, новая лексема — как правило, это слово подчиняется правилам этого языка и назад, в исходный язык, его не впендюрить. Глагол хейтить ведёт себя, как обычный глагол I-го спряжения, то есть, из него уже накручено множество вариаций: хейчу, хейтишь, хейтят, хейтил, захейчу. Даже можно применить повелительное наклонение — хейть, хотя чаще говорят хейти. Можно бахнуть причастие — хейтивший, хейтящий или даже хейченный. А можно и деепричастие — хейтя. То есть, русский язык присвоил это слово, подчинил его своим правилам и англичане или американцы тупо не поймут, что это такое и для них будет неочевидно, что это, вообще-то, их. А если не понимают и не очевидно, то это уже русское слово. И так будет с каждым, сука-твою-мать! |