Книга Вечно голодный студент 2, страница 37 – RedDetonator

— А ты когда успел стать профессиональным шашлыкье? — усмехнулся я.

— Ну, с родителями каждое лето выезжали на природу, — пожал плечами Щека. — Батя обычно накидывался в самом начале и не просыхал до конца отдыха, поэтому шашлыки всегда жарил я.

— Отдых с родителями… — произнесла Фура и мечтательно улыбнулась.

А мне о таком в детстве можно было только мечтать.

У бабушки была дача, но на шашлыки мы туда не ездили. Обычно я просто херачил в палисаднике и сажал или выкапывал картошку. Зато закрутки и соленья были всегда. И настал день, когда они спасли мне жизнь.

«М-м-м, соленья…» — вспомнил я те старые закрутки с балкона. — «А варенье — это же был просто капец».

В конце концов, я решил для себя, что в той диарее была виновата сильно просроченная килька, проданная мне дядей Суреном за дикий оверпрайс.

«Интересно, он уже сдох или ещё живой?» — подумал я. — «Наверное, как и Джобс, точно выжил — такие всегда выживают, почти в любой ситуации».

Но они остались в Новокузнецке и мы, скорее всего, больше никогда не увидимся.

«И насрать», — подумал я и вернулся к поеданию шашлыка.

Насытиться, как всегда, не удалось — я забил желудок до рвотного рефлекса, но лёгкий голод никуда не ушёл.

Ложусь на лавку в зале ожидания и подкладываю под голову рюкзак. Надо поспать и заступать на дежурство, когда придёт время.

*Республика Казахстан, Северо-Казахстанская область, город Петропавловск, 22 октября 2026 года*

— Так это тот самый Бомбардир? — поинтересовался я.

— Он самый, — кивнул Фазан, осматривающий правый двигатель. — Но, по каким-то причинам, он не улетел, в отличие от остальных. Может, пилота не нашлось, а может, у него есть какая-то неисправность. Но противооткатных упоров никто не ставил, а это значит, что его прикатили сюда, чтобы не мешал взлёту других самолётов.

— Что это может значить? — спросил я.

— Да я хуй его знает, Студик, — пожал он плечами. — Могло произойти что угодно — сам знаешь, что творилось.

Он подошёл к кабине пилотов и открыл дверь в корпусе. Там оказался не вход в самолёт, а багажное отделение.

— Чемоданы, — произнёс он озадаченно и почесал затылок. — Непонятно. Щека, внутри есть вещи⁈

— А? — выглянул тот из двери. — А, да, есть! На полках лежат!

— Тогда я понял, что тут случилось, — сказал Фазан. — Самолёт только прилетел, а тут уже происходила зоошиза. Экипаж и пассажиры дали по съёбам, а кто-то, кому срочно надо было взлетать, откатил самолёт на вертолётную ВПП. Топлива в самолёте, скорее всего нет, поэтому надо будет взять наливник и заправить его по самую крышечку.

— И что, никто больше не пытался улететь? — нахмурил я брови.

— А как? — усмехнулся Фазан, вываливая чемоданы. — Если я верно всё помню, то на севере Казахстана было до жопы всяких скотоводческих ферм. И это животноводство, когда бахнула зоошиза, попёрло в города, чтобы удовлетворить свою жажду крови. Тут не то, что улететь, обосраться можно не успеть…

— Смотрите, что нашёл! — выглянул из самолёта Щека. — Дилдак! Ха-ха!

Он держал в руках розовую херню, предназначенную сразу для двух отверстий. Она вибрировала и извивалась.

— А ты знаешь, что эту штуку точно совали кому-то в жопу? — поинтересовался Фазан.

— Знаю, — оскалился Щека.

— Выкинь эту бяку, — попросил его Фазан. — И выкидывай всю поклажу из салона — нам лишний вес ни к чему. Студик — помоги ему.