Книга Вечно голодный студент 3, страница 70 – RedDetonator

Но, видимо, присадка сделала своё чёрное дело и движок начал выдавать минимально приемлемый режим.

— Щека, за руль, — сказал я. — Вин — рядом с ним. А я на заднем ряду постою.

Размещаемся в УАЗе и едем в направлении особой экономической зоны Алабуга.

Я в комбинированном режиме, кручу головой на 360 градусов, отслеживая любую подозрительную активность.

«Машина без крыши — это круто», — подумал я, всматриваясь вдаль.

Проезжаем примерно десять километров по городу, по пригороду, а затем выезжаем на трассу до Алабуги. И вот тут начались проблемы…

— Лютик, три часа — добавь газу! — выкрикнул я, вскидывая РПК-74.

Стрелять с одной руки — я так могу, но разброс повышается до ±5 метров, то есть, почти до артиллерийского. Впрочем, этот лютик — достаточно крупная цель.

Но начались ухабы, поэтому стрельба стала невозможна, а лютик начал догонять нас.

Хищник ускорился и сократил дистанцию, а я положил ствол пулемёта на борт и открыл беглый огонь.

Зверь отреагировал на пару попаданий и начал маневрировать, неизбежно теряя скорость.

Вообще, это прямо капец опасная деятельность — если он догонит нас, то быстро порвёт на куски. У него клыки минимум по десятку сантиметров в длину, а общая масса не меньше трёхсот-четырёхсот килограмм.

А участок дороги стал ещё хуже, поэтому Щека тоже начал петлять, объезжая кочки, поэтому у лютика появилась возможность сократить дистанцию.

Два десятка метров, десяток метров, а у меня закончился барабан.

Вскидываю левую руку и навожу её примерно на лютика, азартно мчащегося за нами, со скоростью не меньше сорока километров в час.

Электропроводящая нить выстреливает из моего запястья и ведущий набалдашник попадает прямо в раскрытую пасть лютика. Он аж поперхнулся, но это было последнее, что он сделал.

Далее пошёл разряд, а потом я понял, что сначала лучше было думать…

Лютик остолбенел, а УАЗ поехал дальше, поэтому меня выдернуло из кузова и с силой шоркнуло об асфальт.

— А-а-ай, сука… — прошипел я, ощущая острую боль.

С правой щеки содрало лоскут кожи, а правую кисть ободрало до мяса. Левая рука же вообще в шоке — я пальцами касаюсь левого предплечья. Здоровая рука так не может, а это значит, что я сломал кисть.

— Студик, ты как⁈ — раздалось из динамика рации.

— М-м-м, блядь… — попробовал я нажать на тангенту рации мизинцем правой руки.

Он единственный не пострадал, но напряжение мышц вызвало острую боль.

Я поднял голову и увидел осмысленный взгляд лютика.

Эта тварь не сдохла, но ей тоже очень хреново, почти как мне…

«Надо было думать головой, а не жопой!» — укорил я себя. — «Мышление жопой ведёт только к другой жопе!»

Поднимаюсь на ноги, а лютик начинает торопиться — его колбасит, лапы «танцуют», из пасти валит пена, а глаза покраснели так, будто он словил инсульт.

Израненной правой рукой берусь за рукоять РПК и параллельно ору от боли.

Превозмогая себя, опираю цевьё пулемёта на сломанную левую руку и навожу прицел на лютика, уже сделавшего ко мне несколько неуверенных шагов.

Нажимаю на спуск и слышу сухой щелчок.

— Да блядь!!! — с надрывом и отчаянием заорал я, отпуская РПК-74.

Поднимаю правую руку и навожу её на лютика, который приблизился на расстояние менее пяти метров.

Выстреливает нить. Лютик вовремя упал на брюхо, уклоняясь от нити, но это ему не помогло, потому что она тупо опустилась на него. Сразу же пошёл ток и этот лютый волчара начал исполнять нижний брейк.