Онлайн книга «Вечно голодный студент 3»
|
Но сейчас я отравлен токсином, устранение которого обошлось мне в 11 453 килокалории. И мне нужно где-то перекантоваться следующие три с половиной часа, до завершения детоксикации. Ну и неплохо будет похавать… От мысли о еде к горлу подошёл ком рвоты. «Капец…» — подумал я, карабкаясь по балконам. — «Впервые за столько месяцев рвотный рефлекс…» Это всё крысиный токсин. Проникаю в случайную квартиру на третьем этаже. Внутри пованивает псиной и тухлятиной. На кухне лежат человеческие кости, а входная дверь и вся прихожая исцарапана когтями. Зверь нашёл выход — в спальне разбит стеклопакет, осколки которого в засохшей крови и клочках шерсти… Дверь заперта на внутренний замок, балконную дверь я запер за собой, поэтому спокойно сажусь на диван. Можно было бы обработать рану, но дешевле уже не станет, а на шрамы мне плевать, поэтому без разницы. Само обработает. Откидываюсь на спинку дивана и достаю из подсумка «Натс». — Ёбаная крыса… — пробурчал я и заставил себя откусить кусок шоколадного батончика. Сумел прожевать его, но с трудом подавил рвотный рефлекс. Вообще, несмотря на эту херню с отравлением, рейдом я доволен — мне удалось посетить все прибрежные поселения от Волгограда до Камышина и я даже нашёл брошенную кем-то БРДМ-2. На ней стоит приличного состояния КПВТ, но вот ПКТ и абсолютно все боеприпасы кто-то уволок. Причину поломки я не установил, потому что не шарю во всём этом, но координаты бронемашины вбиты в «Заметки» смартфона и записаны в бумажном блокноте. Снаружи раздаётся клёкот той самой птицы, которая преследует меня с самой Дубовки. Эта поганая мразь знает, что я где-то здесь. У неё счёты ко мне — я прострелил ей крыло из «Витязя», из-за чего ей пришлось воткнуться в снег. Я не смог добить её, потому что она, на морально-волевых, сумела перелететь на другой берег реки и скрылась среди кустарника и сугробов. Но она уже восстановилась и теперь ищет меня, чтобы поквитаться. Или в этом нет ничего личного, а она просто очень хочет кушать… Из раны на левом предплечье начал активно выделяться жёлтый гной. Дожёвываю батончик и достаю чистый платок. Вытираю гной, а затем поливаю рану антисептиком. По плану у меня есть проверка пункта постоянной дислокации 28-й отдельной бригады РХБЗ. Вряд ли там удастся найти что-то ценное, судя по тому, что происходило в этом городе, но я должен проверить, чтобы удостовериться, что здесь точно совершенно нечего ловить. А в Камышине, как и во многих городах, происходила отчаянная попытка армии и полиции справиться с кризисом. Применялась тяжёлая артиллерия, какие-то зажигательные снаряды, из-за которых все пригороды выжжены дотла, ну и проводилась зачистка улиц, из-за чего в очень многих домах пулевые и снарядные отверстия. Не знаю, воевали здесь люди друг с другом, но вполне допускаю такое развитие событий. Также есть признаки организации эвакуации населения — похоже, что они разъехались в трёх направлениях, включая и Волгоград. Может быть, некоторые камышинские жители и военные сейчас живут в Крыму… — Внучок, как у тебя дела? — спросил знакомый голос. Я вскинул «Витязь» и дал очередь на звук. Меня охватила паника, появился страх, что я пристрелил свою родную бабушку. — Баба?.. — тихо спросил я. Но мне никто не ответил. |