Онлайн книга «Вечно голодный студент 4»
|
Броники, свинопотамы и прочие звери — они, всё-таки, несмотря на те же вводные с экстракцией и накоплением килокалорий, вынуждены постоянно искать еду, а змеи могут действовать стратегически… — А с этими штуками как будем разбираться? — поинтересовался я, указав на чешую змея. Меня прямо обеспокоило то, что я практически не видел змея в ИК-спектре. Он и так, по жизни, был не очень тёплым, а чешуя только усугубила это, заглушая любое тепло, исходящее от его хладнокровного тела. — Фазан скоро должен закончить испытания, — сказал Проф. — Если окажется, что чешуя пригодна для изготовления брони, то мы существенно усилимся за счёт вашего рейда. И тогда можно будет сказать, что рейд был чрезвычайно успешным, несмотря на то, что случилось с тобой. — Хм… — задумчиво хмыкнул я, посмотрев в сторону стрельбища. А там идёт одиночная пальба — это Фазан испытывает на змеиной чешуе, зажатой в тисках, имеющиеся у нас образцы вооружения. Змей, когда я стрелял по нему, не особо почувствовал бронебойные пули из ПКМ, поэтому уже можно сказать, что бронирование у него на уровне слабых мест черепашьего панциря. То есть, если окажется, что суммарный вес бронеэлементов будет ниже, чем у бронежилета класса Бр5, это будет выгодный материал для изготовления новой бронезащиты. — Схожу, посмотрю, что он там делает, — сказал я. — Иди, — кивнул Проф, склонившийся над заинтересовавшим его «ручным» Максимом. Вот, вроде бы, это Россия — оружия у нас много, очень много, на полторы мировые войны, но пойди ещё найди склады. Из-за этого происходят всякие извращения типа этого Максима или ПТРС-41, которую мы эксплуатируем так интенсивно, что аж даже жалко этот музейный экспонат… Нам нужны крупнокалиберные снайперские винтовки, чтобы валить крупных зверей наповал, но такое оружие не валяется на дороге — надо специально искать. Во всяком случае, я ходил и бегал по многим дорогам, но мне так ни разу не попалась ни одна ОСВ-96… А как бы хотелось современную крупнокалиберную винтовку, чтобы можно было простреливать жопы свинопотамам и броникам с нормальных дистанций. — Что, всё? — спросил я, подойдя к огневому рубежу. — Ага… — ответил Фазан, держащий в руках расколотую чешуйку. Слово «чешуйка» в отношении этого щитка, конечно, слишком мягкое — это фрагмент из головной части, ближе к шее, поэтому особо толстый и широкий. Я делал замеры рулеткой, когда свежевал змея — в среднем, на головном сегменте у него чешуя имеет ширину от 8 до 12 сантиметров, а длину от 13 до 19 сантиметров. Толщина же переменная, от 5 до 25 миллиметров. — И какие результаты? — спросил я. — Хреновая тварь, — сказал Фазан. — Нужно что-то не меньше 12,7, чтобы поражать её, но даже так, она гасит почти всю энергию пули. Смотри на разлом. Внимательно рассматриваю внутреннюю структуру расколотой «чешуйки» — внутри она пористая, чем-то напоминает структурой надутую воздухом керамику. — Это что-то типа керамики? — уточнил я. — Не типа, а керамика и есть, но природная, — покачал головой Фазан. — Очень хорошо гасит энергию, за счёт разрушения внутренней структуры. И, как я понял, змей мог отращивать новые чешуйки взамен отвалившихся. Это пугает, блядь. Никогда не встречал более совершенных хищников. — А ведь он ещё и ядом плевался, — напомнил я. |