Онлайн книга «Вечно голодный студент 8»
|
Я израсходовал на копчение 13 килограммов соли, хотя нужно было не меньше 15 килограммов, но я заюзал всё, что осталось. Мною был избран метод холодного копчения, для чего я сообразил специальные коптильные установки, за которыми нужен глаз да глаз, так как надо следить, чтобы ничего не потухло. Считаю, что ни одно животное не должно пропасть зря, поэтому всё мясо пойдёт мне на пользу. Я расположился на огороженном участке, ранее принадлежавшем какой-то очень серьёзной благотворительной организации — этот участок огорожен стеной из сетки-рабицы, а по углам стоят караульные вышки. Внутри помещений всё разграблено, а административное здание вообще сгорело дотла, как и все тачки, которые кто-то целенаправленно спалил. Зато уцелела отличная палатка военного образца, которую использовали в качестве медпункта. В ней я и расположился — притащил из неплохого жилого дома двуспальную кровать. В местных жилых домах жить, конечно, можно, но очень неприятно, так как ближе к полудню там такая духота, что у меня начинается повышенный расход килокалорий. Чтобы не было такой херни, я решил жить в палатке, отлично продуваемой с двух сторон — правда, в ней я практически не бываю, так как постоянно занят в передовом производстве вяленого и копчёного мяса… Подхожу к коптильне и переключаюсь на ИК-зрение. Я определяю температуру с точностью до 0,01°, а это прецизионная точность, поэтому мне нетрудно поддерживать нужный жар и обеспечить именно холодное копчение. Идеальное холодное копчение, если изъясняться максимально точно. — Ох, дровишек надо подкинуть, — сказал я, спохватившись. Заряжаю коптильни дополнительным топливом, определяю достигнутую температуру, после чего иду дальше, к вялящемуся мясу. — А как мне всё это транспортировать? — озадаченно спросил я себя. — Эх, тяжело быть одному… Нет, я не буду бросать ценный продукт — я не уйду отсюда, пока не сожру всё. Надо сожрать три тонны мяса — я сожру три тонны мяса. Даже если это будет значить, что в путь я отправлюсь с волочащейся по земле жопой. — Любой ценой! — воскликнул я. — Но бесплатно… *Исламская Республика Иран, остан Хузестан, город Дизфуль, 25 августа 2028 года* — А где он сам? — спросил Щека на фарси. — Ты для меня вообще никто, нахуй! С хуя ли я с тобой вообще должен разговаривать⁈ Специально ради того, чтобы качественно оскорблять персов, он выучил фарси, на высшем уровне — время на это было, как и мотивация. — Я бывший чрезвычайный и полномочный посол Ирана в России, — ответил посланник шахиншаха на чистом русском. — Меня зовут Мехди Санаи и я пришёл договариваться. — Кому не похуй, чел? — спросил Щека. — Где шахиншах, блядь⁈ — Он не желает личной встречи с вами, — ответил бывший посол. Щека тоже послан сюда, в этот необитаемый город, не просто так — Профу тоже не с руки вести переговоры лично, но не потому, что ему зазорно таким заниматься, а потому что он менее известен в иранском обществе, чем Щека. О Щеке, согласно сведениям от пленных, уже ходят чёрные легенды — от утверждений, что он ест печень поверженных врагов, до откровенной клеветы, согласно которой, он насилует пленных анально и орально. Такая фигура на переговорах положительно влияет на их ход просто своим присутствием. — А я желаю личной встречи с его матерью, — заявил Щека. — Можешь устроить? |