Книга Вечно голодный студент 10, страница 158 – RedDetonator

— Конечно, стоило, — ответил я. — Это бесценная темповая прокачка. К тому же, я не просто так угодил в плен — я спас своих. Это важно для меня, хотя тебе, скорее всего, не понять…

— Нет, наоборот, я прекрасно тебя понимаю, — возразила Пауэр. — Просто у меня нет никаких своих, которых стоило бы спасать.

— Ну, это твоя личная проблема, — пожав плечами, сказал я. — Может, это потому, что ты человек-говно? А может, просто вокруг тебя были люди-говно? Кто знает, да?

— Может и так, — ответила Пауэр. — А вам полагается что-то с хранилища?

— Ничего не полагается, — сказал я. — Но это будет зачтено нам, поэтому в Волгограде можно рассчитывать на какие-то дополнительные привилегии.

— Ах, так вот как это работает… — произнесла она. — Буду знать…

— Я бы не советовал тебе рвать жопу ради улучшения собственного материального положения, — произнёс я. — Люди всё видят, и они будут знать твою мотивацию. Просто делай это ради общего дела и будет тебе счастье — так как люди всё видят, твоё поведение будет поощрено. И тогда получится, что материальное положение будет улучшаться будто само, без особых усилий с твоей стороны.

— В смысле? — спросила не понявшая меня Пауэр.

— Я пытаюсь донести до тебя, что во Фронтире очень ценят энтузиазм и некоторую степень альтруизма, — объяснил я. — Веди себя, как человек, делай то, что должно, а люди не дадут твоим благородным поступкам остаться безнаказанными, хах!

— То есть, у вас все пасут друг друга? — уточнила она.

— Да никто никого не пасёт, — отмахнувшись, ответил я. — Но, как бы, всем видно, кто и что делает — у нас такая своеобразная община, в которой ты просто не можешь остаться в одиночестве, наедине со своими проблемами. Проф строит такое общество, где люди работают сообща. Из этого следует, что Питер, Багдад и прочие формирования, если будут продолжать в таком же духе, обречены, в долгосрочной перспективе. Им настанет капец не потому, что они хуже сражаются или менее эффективно распределяют ресурсы, а потому, что у них антагонистичные общества — сильный ебёт слабого, слабый затаивает и копит, сильный охуевает, слабый втыкает ему нож в спину и так далее… Понимаешь меня?

— Ну, кажется, до меня начинает доходить, — не очень уверенно произнесла Пауэр. — То есть, вы не хотите вернуться в старые добрые, а хотите построить что-то другое?

— Проф говорит, что его идеал — это старинная крестьянская община, — сказал я. — Все друг друга знают, никто и никого не бросит в час нужды, а на коллективные угрозы все отвечают коллективно.

— Аха! — воскликнула Пауэр. — Так вот зачем вы сажаете КДшников в Иране!

— Чего? — нахмурившись, спросил я.

— Ты только сказал, что общества, где сильный ебёт слабого — это анальные общества, поэтому им пизда, в долгосроке! — сказала она. — КДшники, сажаемые на наделы в Иране — это именно такое антагонистичное общество! Это значит, что вы целенаправленно ослабляете Иран, чтобы он не мог угрожать вам в будущем! Пиздец вы Макиавелли, ребята! Будь у меня сейчас руки и шляпа, я бы сняла шляпу перед вами!

— А ты соображаешь, — улыбнувшись, изрёк я. — Да, мы больше не хотим, чтобы через море жил кто-то вроде шахиншаха.

— Шахиншах — это же Баграм какой-то там по счёту? — уточнила Пауэр.

— Баграм №6, — подтвердил я. — Как духи от Шанель, блин…