Онлайн книга «Повелитель Стихий. Том 3»
|
С другой стороны, что я ему скажу? Покупаю на стороне? Ага. Этот человек шёл по моему следу от самой Второй высоты, добрался до дыры на краю обитаемых земель и первым делом проверил, нет ли здесь чужого мастера. Нет здесь чужого мастера. И артефакторов у меня в подчинении нет, о чём он уже знает. Товар при этом идёт из Вардиса партиями, клейма такого никто не встречал, а ближайшие соседи, у которых можно было бы «покупать на стороне»… Вот именно. Ближайшие мои соседи скачут на барсах и шипят. Пытливый ум сложит два и два быстрее, чем я успею придумать легенду. А слухи о том, что хозяин Вардиса приторговывает эларийским товаром, с учётом уже висящих на мне вопросов короны, это даже не дырка в заборе. Это ворота нараспашку. В кабинете я указал гостю на кресло, сам устроился за столом. Центурион приоткрыл один глаз со своего подоконника, оценил визитёра и досматривать не стал. Хенрик сел на самый край, положив папку с образцом на колени, и замер. — Вы спрашивали, я ли делаю эти артефакты, — что ж, правду выходило сказать выгоднее всего. — Я. Поверенный медленно выдохнул. Потом так же медленно вдохнул. — Простите великодушно, господин Кастелло, но… я обязан уточнить. Изделия с этим клеймом несут три разных воплощения. Ветер. Свет. И смерть. Всё это… — Всё это делаю я. Ветер, свет, смерть. Вы всё верно подметили, других мастеров здесь нет. Благо холод в артефакты на продажу я не добавлял — немного подумал головой. Хенрик посмотрел на меня. Потом на пластинку, выглядывающую из папки. Потом снова на меня, и во взгляде его читалась простая арифметика: сколько мне лет и сколько лет обычно уходит на одно единение. — Трижды единённый, — проговорил он вполголоса. — В вашем возрасте. Господин Кастелло, да вы хоть понимаете… Он оборвал сам себя, махнул рукой и с полминуты просто сидел, глядя куда-то сквозь стол. Я не торопил. Пусть уляжется: человеку, который всю жизнь провёл среди артефактов, есть с чем сравнивать. — Прошу простить, — Хенрик взял себя в руки быстро, только пальцы на папке остались белыми. — Тридцать лет по палатам и лавкам… Думал, в этом ремесле меня уже ничем не удивить. — Он подался вперёд. — И ведь дело даже не в числе стихий, господин Кастелло. Мастер Готфрид испытывал ваш артефакт лично. Воплощение третьей грани било вдвое сильнее, чем третьей грани положено. Приборы проверяли дважды. Ага. Значит, вот что у них там не сходилось. Объяснять, в чем заключается особенность моего подхода, я, понятно, не собирался, поэтому только вежливо приподнял бровь: продолжайте, мол. — Кто ещё из вашей братии знает про меня? — спросил я вместо ответа. — Мастер Готфрид и я. Подмастерье, который вёл поиск, знает лишь название городка, — Хенрик выдержал взгляд. — Господин Кастелло, я понимаю ваше положение. Вы не афишируете ни имя, ни дар: изделия идут без паспорта, анонимными партиями, через перекупщиков. Будь иначе, о вас гудела бы каждая палата от Края до столицы. Так вот, со стороны семьи Ланге можете не опасаться. Мы никому не скажем. Верилось с трудом, и, видимо, это было написано у меня на лице, потому что поверенный тут же добавил: — Не сочтите за цинизм, господин Кастелло: исключительно голый расчёт. Мастер ваших способностей, работающий тихо, для нас находка. Кричать о вас на всех углах значит выставить вас на обозрение конкурентам, а зачем нам своими руками устраивать торги за ваше сотрудничество? Семье Ланге выгодно, чтобы о вас знал только семья Ланге. И больше никто. |