Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 39 – Артем Мичурин

Краска местами уже потерлась и кое–где отслоилась, но все же роспись еще производила впечатление. Ручка была золоченая, с черным концом, а сама ложка вообще представляла собой буйство невиданных красочных цветов на черном фоне.

— Ух ты. Откуда красотища такая? – попытался Стас завязать разговор.

— Заткнись и жри. Я с тобой беседы вести не подряжался.

С виду блюдо было не особо аппетитным, хотя пахло вполне сносно. Немного поковырявшись на всякий случай в желтовато–сером месиве, Стас пришел к выводу, что состояло оно из слегка подгнившей картошки и мяса неопознанного животного. Слизнув с ложки и пережевав эту почти однородную субстанцию, он, к собственному удивлению, остался удовлетворен ее вкусовыми качествами, и через несколько секунд миска была уже пуста.

— Спасибо! – крикнул Стас через плечо, и возникшие из ниоткуда руки забрали опустевшую посуду. – А запить чем–нибудь можно? У меня и кружка есть.

Позади послышалось недовольное бубнение, звук отвинчиваемой крышки, и сверху в тару, разбрызгиваясь во все стороны, полилась вода.

— Благодарю.

Стас сделал несколько глотков и вздрогнул, расплескав остатки на покрывающий телегу брезент. Звук выстрела эхом разнесся по лесу. А за ним еще один и еще… Сразу несколько стволов ухнули, выдав раскатистый и немного растянутый залп. Обеспокоенно зафыркали лошади. А потом все стихло.

— Обоз? – спросил он через плечо, не особо рассчитывая на адекватный ответ.

— Да, обоз. Скоро будут, – ответили позади.

В голосе этого человека чувствовалось облегчение. Отсутствие звуков затяжной перестрелки говорило о положительном результате рейда.

Стас снова, морщась, принял горизонтальное положение и, закрыв глаза, стал прислушиваться. Через некоторое время впереди послышались голоса, треск веток, скрип колес и фырканье лошадей. Отряд возвращался с добычей.

— А–а! – зазвенел вопль, явно женский. – Сволочь! Пусти!

Мимо телеги со Стасом промчалась взлохмаченная девица весьма миловидной наружности, но далеко ей уйти не удалось.

— Оп! – весело крикнул кто–то позади телеги и загоготал. – Ты смотри, шустрая какая. Далеко собралась?

— Не трогай, скотина! – орала девица.

Судя по долетавшим до Стаса пыхтению и звукам ударов обо что–то мягкое, она яростно сопротивлялась.

— Папа!

Детина, изловивший крикливую особу, продолжал ржать, пытаясь справиться с отчаянно брыкающейся жертвой. Народ постепенно подтягивался к этому аттракциону. Все находились в приподнятом настроении, смеялись, делились со счастливчиком дельными советами по обузданию своенравной девки.

Скоро перед телегой Стаса собралась целая толпа зевак голов в двадцать. Среди этой разношерстной братии особо выделялся один человек. Его светло–бежевая кожаная куртка строгого покроя, перепоясанная черными ремнями портупеи, резко контрастировала с тулупами, бушлатами и прочим гардеробом простолюдинов. Темно–синие брюки были заправлены в высокие черные сапоги. На правом боку у щеголя висела кобура с ТТ, а левое бедро украшал кинжал в ножнах с дорогой серебряной инкрустацией. На вид этому импозантному мужчине было лет под сорок. Худощавое лицо с тонкими, но мужественными чертами обрамляла аккуратно стриженная русая борода, а голову прикрывала темно–синяя, как и брюки, пилотка. В отличие от остальной толпы человек этот оставался серьезен и наблюдал за происходящим без особого интереса, явно погруженный в собственные мысли. Он прохаживался вправо–влево, сложив руки в перчатках за спиной, и лишь изредка поглядывал в сторону объекта всеобщего внимания.