Книга Наследник Мудрецов. Том 3, страница 71 – Роман Романович

Итак. Вечный вопрос. Бить одного, бить всех или вовсе никого не бить? А может, подождать и найти ещё кого, чтобы побить? Как бы сказал Сава, бить надо всех. Хотя бы ради профилактики. Будь это обычные разборки, так бы и поступил. Но сейчас…

— Ну и где он⁈ — донёсся до меня особо раздражённый голос.

— Так вы же за ним идти должны были!

— Он пошёл следом, но через другой переулок, — огрызнулись в ответ.

— Заткнулись все. Ждём.

Окрик подействовал, боевые монашки замолчали.

Спеленать их всех, что ли? Да оттащить в Бюро. Допросить, обвязать ленточкой, отправить обратно в церковь в качестве жеста доброй воли? Да не, бред. Если кому-то очень хочется нарваться на драку, он сделает это. Справедливо и другое. Если кто-то хочет продолжить выставлять себя жертвой и обвинять одарённых, то он использует для этого каждый повод. Я этих парней побью, а церковники начнут вопить, как их притесняют. Если так подумать, с ними лучше вообще не связываться. Но, если проигнорировать попытки захватить меня, ведь продолжат же и, кто знает, до чего додумаются.

Ладно, действовать буду по первоначальному плану. Только не сразу.

Ещё какое-то время я следил за наглыми монахами, что решили прошвырнуться по району. Хватило их минут на двадцать. А дальше они сами себе приговор выписали, потому что начали обсуждать, как меня достать. Звучали и предложения наведаться ко мне домой, перехватить кого-то из родных.

— Ваша семья здесь не живёт! — возмутился парень, за которым я и пришёл. — Родню лучше не трогать! Этот Серый настоящее чудовище. Он даже отца избил, когда тот его мать обидел!

Ого, какие слухи про меня гуляют.

— Эти одарённые совсем уроды… — высказался кто-то из монахов. — У них всё не как у людей.

Ну да, ну да. Виновата, конечно, одарённость, а не человеческая природа.

После услышанного, устав ждать, я изменил планы. Раскидал точки фокусировки, несколько накинул на цель и… Вжух! Вскрикнув, парень взлетел в воздух, где я его перехватил и кинул на крышу.

Красиво вышло. В смысле, момент красивый. Как раз закат начался, солнце горизонта коснулось, а тут тело на крышу, вращая ногами и руками, будто бежать собралось, залетело и шмякнулось. Я сверху Властью ударил, конечности в стороны растянул, фиксируя. Сам ближе к парню подошёл, дал разглядеть меня.

— Слышал, вы к моей семье наведаться собрались. Это вы зря, конечно. До этого ещё могли миром разойтись.

Видимо, было что-то такое в моём голосе, от чего парень всю уверенность растерял.

— Мы бы не стали этого делать, — сглотнул он.

— А я другое слышал.

— Это только слова.

— Мне что, подождать, пока вы к моей родне придёте? Да проще вас сразу всех удавить.

— Так давай! — справился он со страхом. — Ты уже раз напал! Покажи свою натуру!

— Совсем дебил? Когда это я на вас напал?

— На площади, — ответил он зло.

— На площади, когда ловил террористов, убивающих твоих братьев? Когда ты, идиот, решил свести счёты и помешал мне в этом? Гениально. Ты, видимо, очень хотел, чтобы побольше мужиков в серых рясах к своему богу отправились.

— Это ты устроил теракт! Ты убивал! — завопил он.

Да у нас здесь фанатик. Плохо дело. Слова не помогут, нужна шоковая терапия. Вздёрнув его Властью, перенёс за край крыши и потряс. Даже отпустил и поймал спустя метра три свободного падения. Парень оказался не такой уж смелый, своим криком огласил всю округу. Я же вернул его обратно и на соседнюю крышу перекинул. Не ту, что в трёх метрах, а другую. Ту, что в пяти. Они перпендикулярно друг к другу стояли, и мы с одного края на другой переместились. Как раз вовремя. Оставшиеся монахи выбрались на первую крышу, огляделись и увидели нас. Я им рукой помахал, а сам к парню повернулся, впрочем, не выпуская из поля зрения и остальных.