Книга Наследник Мудрецов. Том 4, страница 79 – Роман Романович

Пыльно, разрушительно и непонятно. Вот как было вокруг.

Первым делом… Точнее, вторым, потому что сначала я убедился, что рядом никого нет. В общем, я осмотрел себя. Куча мелких ссадин, спина подозрительно болит, а нога так и вовсе — стоило чуть расслабиться, как мигом боль навалилась. Задрал штанину, увидел кровь, содранную кожу, рассечение и наливающийся синяк. Или не синяк, а просто грязную кровь.

Вторым делом я оглядел капитана. Хорошая новость — он жив. Плохая — мои познания в медицине сводились исключительно к обработке ран на поле боя и дальше этих чисто утилитарных навыков не распространялись. Иначе говоря, капитан был жив, но что с ним — не ясно. Помирать вроде не собирается, а значит, сначала валим отсюда, а там уже разбираемся.

Взвалив мужчину на плечи, компенсируя боль в ноге Властью, развернулся к скале и… С удовольствием бы притворился мёртвым, но было поздновато. Мудрец, на вид абсолютно невредимый, замер напротив, в считаных метрах.

— Тот сбежал, — выставил он копьё в мою сторону. — Я даже не размялся.

Говорил он на чистом русском, пусть и с акцентом прожжённого любителя кабацких драк.

Опомнившись, я склонил голову и согнулся, как мог, с ношей на спине.

— Битва или смерть.

— Дай капитана положить, — распрямился я.

Битва ничего не сказал, но копьё опустил. Я аккуратно положил Кощея. Отошёл в сторону подчёркнуто расслабленно. Не то чтобы это имело смысл, но я не хотел, чтобы Данила Назаровича, которого я так отчаянно спасал, убило случайным движением этого существа.

Из оружия у меня ничего не было. Как знал, что надо три мины брать. Ну да и две отлично отработали. Невольно улыбнулся. Дал волю самоконтролю, отпустил его и ощутил неплохое такое злорадство по поводу того, как сегодня отработал.

Жаль, что оставался только нож. Ещё несколько гранат, но использовать их показалось глупым. Уверен, будь у меня хоть сто килограмм взрывчатки — Битва этого даже не заметит. Хроники неплохо описывали, как он уничтожал армии с куда более продвинутым оружием.

Встав напротив него, я приготовился умирать.

— Может, выберешь себе противника по рангу? — раздался скрипучий, издевательский голос.

Я обернулся, чтобы увидеть… Нет, не Маску. Другого знакомого. Печально знакомого, я бы сказал.

Того самого, что сердце мне вырвал.

На этот раз я удостоверился, что это и правда Мудрец Творения.

Приплыли.

Заходят в бар трое. Мудрец, Мудрец и юнец…

Ладно-ладно. Два Мудреца действительно зашли, но не в бар, а встретились на просторах Грани, на разрушенной скале. Юнец тоже с ними встретился, приготовившись принять, возможно, главный бой в жизни, с тем, кого некоторые люди почитали как бога войны. Ещё рядом валялся полудохлый Кощей, портя весь анекдот, но здесь выбирать уж не приходилось.

Битва что-то ответил Творцу на незнакомом языке. Между ними завязалась беседа. Ни по интонациям, ни по чему-то другому я не мог понять, куда всё движется.

Случился тот редкий момент, когда мой разум спасовал.

Сразиться с Битвой? Верная смерть. Остаться один на один с Творцом? Возможно кое-что похуже гибели. Между смертью и мучительной смертью есть целая пропасть, в которую мне бы не хотелось угодить. Поэтому кем-кем, а спасителем я это существо не видел, здраво опасаясь, что в этот раз не только сердце выдернут, но и что похуже сделают.