Книга Наследник Мудрецов. Том 8, страница 124 – Роман Романович

— У тебя есть теневая форма, Валовой? — крикнул он. — Неплохо, неплохо! Для самоучки и вовсе хорошо! Или тебя всё же кто-то учил⁈

— Слушай, придурок, — крикнул я в ответ, — а ты вообще понял, что я тебя на понт взял?

— Это уже не имеет значения, — ответил он потяжелевшим голосом. — Ты кое в чём ошибся. Я в первую очередь маг…

— Мирол! — выкрикнул я, создавая отражающий щит.

Я сначала уплотнил перед собой Власть, ещё во время начала разговора, а магию добавил, поменяв Тень на Плетельщика. И вовремя, ничего не скажешь.

Нечто яркое ударило по глазам, обожгло кожу, врезалось в защиту, и меня снесло с крыши, запулило в сад с той стороны дома. Внизу чей-то крик раздался, я же Властью себя подстраховал. С закрытыми глазами приземлился и вдоль земли метнулся вперёд. Светов на месте стоять не стал, разогнался, перемахнул через забор и на моём участке оказался. А там — Мордур. Этот идиот Охотник не додумался сбежать.

Снова ударила магия, Мордура снесло, бросило на землю.

Я же накинул точки фокусировки на Светова и вдарил со всей силы. Глаза слезились, я его почти не видел обычным зрением, но ощущал Властью.

Та врезалась в подставленные щиты, обхватила их, сжала. Нащупал трещины, надавил в них. Выставил ладонь и послал заклинание.

— Орио! — метнул я копье.

Ноль эффекта. Против меня был полноценный маг, против которого такие уловки ничего не стоили.

Как оно обычно и бывает в таких битвах, всё случилось быстро.

Светов окутался самым настоящим живым светом, превратившись в подобие солнца. Я, понимая, что сейчас умру, ухнул в режим глубинного чувства магии.

— Салум! — ударил я тем, что успел познать ранее.

Пламя выплеснулось вовне, и на этом я не остановился, совместил с другими наработками. Огонь сделался пожирающим, столкнулся со светом. От яркости плотно сжал глаза, всерьёз боясь ослепнуть. Мои чувства обострились, пламя набросилось на чужую защиту, раскалило её. Свет, казалось, проникал через все мои заслоны, проходясь острыми лезвиями по коже. Меня точно ранило, но от жара кровь тут же спеклась.

Наверное, я закричал.

Выплёскивая ещё и ещё, концентрируя Власть, выставляя из неё заслоны и… Я обернул Властью всё пламя, сжал его вокруг Светова. Сам же сместился, ушёл с линии атаки. Как ни странно, это помогло.

Маг промахнулся, ударил наугад, пробил заслон, но чужая сила прошла мимо меня.

— Гравиум! — добавил я.

И вот это слово я понимал ещё лучше.

Выставив ладони вперёд, чувствуя, как от натуги скручивает мышцы, как всего меня продирает от отдачи, я провалился в состояние давления и… Плевать, что там всякие крутые маги говорят, пусть идея давления и ограничивает меня, зато концепция жерновов очень уж наглядна.

С хлопком купол вокруг мага смяло, он брызнул осколками. Пламя ухнуло внутрь, Светов чем-то ответил, но на последнем рывке я дёрнул вектора в разные стороны, и мужчину, вместе с буйством магии, разбросало по округе широким фронтом.

Ощутив, что цель исчезла, отпустил напряжение и рухнул.

Порезанный, теряющий кровь, подпалённый и, кажется, забывший, как дышать.

Или это просто воздух выжгло в округе?

Герцог Смородинский в последние дни чувствовал особую хрупкость жизни. Победа вроде бы была достигнута. Голосование состоялось, консенсус между элит реализовался. Осталось обналичить выигрыш, в чём и состояла главная проблема.