Книга Наследник Мудрецов. Том 9, страница 87 – Роман Романович

А дальше закрутилось, завертелось. До камеры Савелий не дошёл. Видимо, моё появление в прошлый раз запомнили, потому что в этот раз начальник городовых прибежал куда быстрее.

— Господин Валовой! — почти радостно крикнул он мне, встретив в общем холле. — Или вас теперь иначе именовать?

— Можно и так, и так, — ответил я. — Не обижусь. Доброе утро, Тимофей Игоревич. Как поживаете? Что-то лицо у вас бледное, поди, зашиваетесь из-за коронации-то?

— Вы не представляете, сколько работы на нас свалилось, — пожаловался мужчина. — Народу в столицу уйма приехала, все гостиницы забиты, а преступники активизировалось. Позвольте узнать, а вы здесь…

Про народ это он верно подметил. Пока ехали, несколько раз в пробке застрять умудрялись.

— Да вот, кто-то смелый решил моего брата арестовать. Его людей схватил. Сейчас в допросной избивает, — закончил я с кривой ухмылкой.

— Это не я, — поспешно заявил Мишенев.

— Простите, что не вы? — вскинул я бровь. — То, что не вы избиваете, я вижу. Но кто-то же это делает.

— А мы сейчас разберёмся, — как-то угрожающе произнёс Мишенев.

Стоило признать, отношение ко мне изменилось. Я даже малость удивился, но потом вспомнил, что провёл дуэль с Фоловым — владетелем-Властью — и Романовым — владетелем-Битвой. В обоих случаях уверенно победил. Мелочь, но репутации мне это точно добавило. А может, и в другом причина. Мало ли.

Как ни странно, вопрос действительно быстро решился. Оказалось, что обвинение строится на каких-то мутных донесениях. Брату пытались накинуть, что он организовал банду с целью рэкета в том районе, где мы раньше жили. Отчасти оно так и было, но лишь отчасти. Я точно знал, что совсем уж незаконными делами Савелий не занимался. А то, что плату с некоторых брал, так не за просто так. Шпана из соседних районов могла много неприятностей доставить.

В общем, обвинения были разбиты. Парней отпустили. Я Савелию денег выдал, отправил проставиться перед парнями.

Также в процессе я через Теней посмотрел замечательную сцену, как Мишенев чихвостит причастных к самодеятельности. А потом услышал ключевую фразу от главного затейника. Там упоминался акт совокупления и некто Кристальный. Причём настолько искренне и эмоционально, что я сразу поверил, что эта история без второго дна. Просто Мордур решил поквитаться за оббосанный туалет, не иначе.

Зря он это. Очень зря.

* * *

Мордура я на ночь оставил, а сам взялся за дела, которых в моём графике по-прежнему хватало.

Следующим пунктом шли переговоры с наставницей, которую Церера советовала, для подготовки к изучению целительского дела. До нужного места я добрался через Тень. Ну как… Я добрался до нужного района, а там ножками пошёл искать дом, наткнувшись на безобразную сцену.

Вход в дом был со двора-колодца. Это такая маленькая штука, где почти ничего нет. Я сначала ругань услышал, прошёл внутрь, а там и увидел, как какая-то мелкая старушка собачится со шпаной. Шпана — упыри лет четырнадцати, совсем отбитые, судя по тому, что старушке ножом угрожали и материли её. Справедливости ради, она их тоже материла, чтоб проваливали отсюда, цитирую: «наркоманы драные».

— Извините, — подошёл я, вклиниваясь в эту увлекательную битву. — А Федотья Павловна, случаем, не здесь живёт? — указал я на подъезд, рядом с которым битва и происходила.