Книга Исцеление вечности, страница 94 – Джули Кагава

— Ладно. Хорошо. — Сглотнув, я продолжила спокойным голосом: — Вы хотите, чтобы мы нашли Саррена и доставили вам. Он единственный, кто может что-то знать о лекарстве. А еще он абсолютно сумасшедший, и он уже разорвал на куски четырех вампиров и чуть не прикончил нас всех. К тому же мы не знаем, куда он отправился, и чем дольше мы будем его искать, тем тяжелее будет становиться ситуация в Нью-Ковингтоне. — Я помолчала, наблюдая за тем, как отнесется к моим словам Салазар. Его суровое лицо ничего не выражало, но он хотя бы не возражал и не приказывал охране нас убить. Уже что-то. — Единственный, кто знает Саррена, — продолжила я, мысленно молясь, чтобы это сработало, — единственный, кто сможет сказать, где он и что предпримет дальше, — это Кэнин. И если мы снова встретимся с этим психопатом, Кэнин — единственный, кто сумеет его остановить. Вам нужен Саррен? — Я выложила последний козырь. — Отпустите Кэнина. Он ваш главный шанс спасти этот город.

Салазар плотно сжал губы. Государь был в ярости: он едва-едва заполучил Кэнина, и теперь тот ускользал из его рук. Но ненависть к Саррену перевешивала.

— Хорошо, — с изрядным достоинством произнес он. — Я отпущу этого прóклятого вампира при одном условии: он поможет тебе поймать Саррена. Однако если он попытается сбежать или если ты попытаешься покинуть Нью-Ковингтон, я лично отправлюсь на охоту за вами. А если это случится, ты пожалеешь, что я не оставил Кэнина прикованным к стене.

Я постаралась ничем не выдать облегчения. Кэнин свободен. Я наконец-то спасла господина. Если только — тут мой желудок сжался — от него что-то осталось, если Голод и пытки не уничтожили его сознание окончательно.

Салазар, похоже, угадал мои мысли.

— Конечно, — добавил он, и на лице его мелькнуло удовлетворение, — будем надеяться, что Кэнин сохранил достаточно рассудка, чтобы помочь тебе. Возможно, сейчас мы спустимся в его камеру и обнаружим, что он превратился в Пропащего.

И это вас только порадует, верно? Я сдержала гнев, прикусила язык, не дала сорваться с него словам, что навлекли бы на меня неприятности. Вы бы хотели, чтобы от Кэнина ничего не осталось. Но это вам не поможет, потому что, если Кэнин погибнет, я не приведу вам Саррена. Я убью его.

— Кстати. — Шакал, про которого все забыли, внезапно заворочался и, скрипнув зубами, поднялся на ноги. Когда он выпрямился, стало видно, что он обнажил клыки, а глаза его горят ярче обычного. — Нет-нет, не волнуйтесь, не хочу никого напрягать своим предсмертным состоянием. — Он пристально посмотрел на все еще стоящий на полу холодильник, затем на единственного оставшегося охранника-человека рядом с ним. Губы Шакала изогнулись в гримасе, словно он едва мог себя сдерживать, и человек сглотнул. — Вы это будете, Государь, или мне найти кого-то еще?

Салазар махнул рукой. Охранник поспешно открыл холодильник, вытащил пакет с кровью и бросил Шакалу — тот поймал его и, несмотря на Голод, отдал Государю шутливый салют, прежде чем прокусить пластик. Кровь брызнула, полилась сквозь его пальцы на пол, и я заметила, что Зик отвернулся.

— Возможно, тебе лучше остаться здесь, — сказала я Шакалу, который не обратил на меня внимания, занятый поглощением крови.

Ситуация была затруднительная. Я понимала, что один пакет не излечит Шакала полностью, и не хотела идти к Кэнину в компании полуголодного вампира. К тому же, по словам Шакала, они с Кэнином расстались отнюдь не друзьями. Наш господин сейчас пребывал не в самом ясном сознании и, увидев Шакала, мог впасть в ярость. Этого нельзя было допускать.