Книга Исцеление вечности, страница 120 – Джули Кагава

Что-то едва ощутимое, темное, чужое свернулось внутри меня, течет по моим венам.

— Ах вы мерзавец, — прошептала я, злобно глядя на Салазара, и брови Государя взлетели вверх. — Прошлой ночью вы ввели ему зараженную кровь!

В глазах Салазара не было ни капли раскаяния.

— Ты удивлена, дочь Кэнина? — снисходительно спросил он. — Я обещал отпустить его, однако мне требовалась какая-то гарантия того, что вы отправитесь искать Саррена, а не растворитесь в ночи. — Он снова улыбнулся, показав клыки. — Теперь у вас есть стимул.

Я вспомнила умирающего вампира, вспомнила, как его черная зловонная плоть отслаивалась от костей, вспомнила, как его глаза умоляли меня положить этому конец. Охваченная яростью и внезапным ужасом, я оскалилась на Государя города и прорычала:

— Будь ты проклят, Салазар! В этом не было нужды! Ты знал, что мы все равно пойдем искать Саррена!

— Эллисон. — Спокойный голос Кэнина остановил меня, не дал совершить какую-нибудь неслыханную глупость, за которую мне оторвали бы голову. Мне уже было наплевать. Салазар знал, что Кэнин не попытается покинуть город. Он знал, что мы настроены остановить Саррена и найти лекарство. Черт, да как могло быть иначе, если эпидемия угрожала обеим расам? Это был чистой воды жестокий умысел. Я через столько прошла, чтобы спасти Кэнина, я наблюдала, как он борется с подступающим безумием, выдерживала чудовищные сны и видения о пытках, а теперь… теперь он, возможно… — Сколько времени у меня осталось? — спросил Кэнин все с той же неестественной невозмутимостью.

Государь, сверливший меня холодным зловещим взглядом, повернулся к нему.

— Примерно семьдесят два часа, — небрежно бросил он, — с момента появления первых симптомов. Как-то так. Потом вирус достигнет мозга и отключит его. Конечно, к тому времени тело, скорее всего, уже не в состоянии будет функционировать.

Три дня. Три дня на то, чтобы отыскать Саррена, добыть лекарство — если оно вообще существует — и вернуться к Государю, пока беснующийся в организме Кэнина вирус его не уничтожил.

— Этого недостаточно! — запротестовала я, и Государь опять обратил свой безжалостный взгляд на меня:

— Придется довольствоваться тем, что вы имеете. Иного выбора у вас нет.

Да, выбора у нас не было. Словно оцепенев, я слушала, как Кэнин и Салазар обсуждают ситуацию на Периферии, что нас ждет за пределами башни и наши дальнейшие действия во Внутреннем городе. Как будто это был совершенно обычный разговор. Как будто один собеседник не умирал из-за подлости и предательства другого.

— Где вы намерены искать в первую очередь? — спросил Салазар.

— На Периферии, — незамедлительно ответил Кэнин.

Вампирский Государь поднял бровь:

— Ты считаешь, что Саррен уже не во Внутреннем городе? Думаешь, он прячется среди зараженных, там, где нечем кормиться?

Кэнин холодно улыбнулся:

— Неважно, где он сейчас. Он придет к нам. Потому что я знаю, где все его материалы исследований. Я знаю, откуда он выпустил в город безумие.

— Вот как? — снисходительно сказал Салазар, а я, нахмурившись, поглядела на Кэнина. Он действительно это знал? Я-то точно не знала, а я следовала за Сарреном от Вашингтона, от разрушенного города, от туннелей, от потайной лаборатории.

Ох. Ох, ну конечно. Кэнин знал, где Саррен создал свой вирус. И я знала. Это так очевидно — почему я раньше об этом не подумала? Я там была. Я провела там первые несколько недель своей вампирской жизни.