Книга Закон бессмертных, страница 138 – Джули Кагава

— Привет! – тихо сказала я, подходя к решетке. – Ну и напугали же вы меня. Все думают, что вы у…

Джо поднял глаза – они сверкали – и с воплем бросился на меня. Я отпрянула, и он с леденящим душу криком стукнулся о решетку, пытаясь дотянуться до меня сквозь прутья. Кожа его стала мертвенно-бледной. Бешеный выл, тряс решетку, кусал и царапал прутья, не сводя с меня безумного взгляда.

Борясь с тошнотой, я смотрела на существо, недавно бывшее Джо Арчером. Черты некогда знакомого лица заострились, осунулись. Борода была вся в крови и пене, глаза остекленели, в них не осталось ничего, кроме голода. Мой желудок скрутило так, что я испугалась, что меня сейчас стошнит.

Неужели это из-за меня? Неужели это я виновата? Я вспомнила прошлую ночь, когда Джо говорил со мной, принимал кофе из рук Зика и даже шутил. Тогда с ним все было хорошо. Неужели я взяла у него слишком много крови и он умер, поддавшись инфекции? Остался бы он в живых, не покормись я от него?

Услышав шорох гравия за спиной, я обернулась, надеясь и страшась, что это Зик. Но это был лишь Ларри, он привез к навесу пустую тачку. Поставив ее, он посмотрел на бешеного, его изможденное лицо скривилось от горя.

— Черт, – хрипло пробормотал он. – Черт, черт, черт подери! Я надеялся, что он не… – Ларри с трудом вдохнул, сглотнул. – Мне придется сказать об этом Патрише, – судя по его тихому голосу, он был на волоске от срыва. – Ох, Джо. Ты был хорошим человеком. Ты такого не заслужил.

— Что с ним теперь будет? – спросила я.

Не глядя на меня, продолжая рассматривать бешеного, Ларри без всякого выражения ответил:

— Джо больше нет. Мы бы похоронили тело, если бы он не обратился, но теперь от него ничего не осталось. Солнце позаботится обо всем завтра.

Он ушел в дом, а я осталась смотреть на чудовище, которое когда-то было Джо, и внезапно почувствовала страшную дурноту.

Глаза жгло, я почувствовала, как что-то горячее стекает по щеке. В этот раз я не стала утирать лицо, и новые багровые струйки побежали по моей коже. Бешеный глядел на меня – холодно, расчетливо. Он перестал бросаться на решетку и теперь сжался в углу, в неестественной неподвижности, словно готовая распрямиться пружина.

— Прости, – прошептала я чудовищу, и, услышав мой голос, оно обнажило зубы. – Это я виновата. Ты был бы жив, если бы я тебя не укусила. Пожалуйста, прости меня, Джо.

— Так я и знала, – прошипел кто-то за моей спиной.

Я стремительно обернулась. У угла навеса стояла Рут и глядела на меня широко распахнутыми, полными изумления глазами.

Застыв, мы смотрели друг на друга. Не отрывая от Рут глаз, я слушала, как капает на пол клетки слюна бешеного, ощущала кровавые полосы, размазанные по моим щекам.

Тут Рут отступила назад и набрала в грудь воздуха.

— Вампир!

Крик эхом отразился от дровяного навеса, перекрыв шум дождя, и Рут повернулась, чтобы бежать прочь. За моей спиной бешеный ответил ей воплем, и моя вампирская природа прорвалась рыком. Инстинктивно я бросилась вперед. Рут не успела и шага сделать – я уже прижимала ее к стене навеса, обнажив клыки во всю длину. Рут закричала.

— Заткнись! – огрызнулась я, с трудом удерживаясь, чтобы не кинуться на нее, не вонзить зубы в ее тощую шею. Мой внутренний вампир протестующе выл, требовал укусить, убить. Встряхнувшись, я устремила на Рут злобный взгляд. – Так это ты была в моей комнате прошлым вечером? – спросила я. – Мне послышались шаги на лестнице. Ты все это время за мной шпионила, ждала чего-то.