Книга Закон бессмертных, страница 121 – Джули Кагава

Судя по виду Зика, ему не хотелось выдавать наше местоположение и принимать помощь от незнакомого человека. Но я бросила взгляд на верхушки деревьев, туда, где небо начинало светлеть, и почувствовала укол тревоги. Звезды меркли. Близился рассвет.

— В трех милях к югу отсюда, – сказала я, заставив Зика нахмуриться. Я не стала обращать на это внимания и поглядела на обеспокоенную Патришу. – Нас двенадцать человек, правда, половина – дети. Проповедника, пожалуй, придется уговаривать. Он бывает упрям.

— Священник? – Глаза у Патриши загорелись. – О, это чудесно. Он может помолиться о Джо. И ты говоришь – там дети? Боже милосердный. Так чего же вы ждете? – Она смерила суровым взглядом двоих мужчин – те тут же пробормотали «Простите, мэм» и поспешили внутрь поселения. – Что ж, – Патриша улыбнулась нам – похоже, правда, она давно этого не делала. – Не сомневаюсь, что вы с ног валитесь от усталости. Я покажу вам, где можно отдохнуть, и, если подождете пару часиков, получите завтрак. – Она вздрогнула, словно что-то вспомнив – Ох, Господи, мне ведь нужно помочь сегодня Марте с готовкой. Гостей будет много. Прошу сюда.

— Зачем ты так? – прошептал Зик, когда мы пошли за высокой поджарой женщиной в поселение. – Этим людям не нужны лишние рты – они, может, и себя с трудом прокормить могут.

— Зик, я устала, – ответила я, не глядя на него. – Уже почти рассвет. Я голодная, я вся в чужой крови, я не хочу снова тащиться через лес, и я бы хотела хоть раз поспать в постели, а не на холодной твердой земле, – положим, последнее было враньем, но Зику это знать было не обязательно. – Расслабься – не думаю, что они людоеды или тайные почитатели вампиров; ну разве что эта пожилая леди – загримированный дьявол.

Зик бросил на меня раздраженный взгляд, потом вздохнул и взъерошил волосы рукой.

— Джебу это не понравится, – пробормотал он, покачав головой.

— Почему меня это не удивляет?

Проснувшись на следующий вечер, я почувствовала себя… другой. Не в плохом смысле. Ничего такого, о чем следовало бы беспокоиться. Но что-то определенно изменилось. Тут до меня дошло. Я была чистая.

Отбросив одеяло, я села в постели, потянулась и вспомнила предыдущее утро. Отмокать в ванне, полной прозрачной горячей воды, смотреть, как в воздух поднимается пар и туманит окна, – такой абсолютной благодати я давно не ощущала. Дождь или погружение в мутную бурлящую реку не считается. И еще мне выдали настоящее мыло – на Периферии я о нем лишь слышала. Арчеры сами изготавливали мыло из щелока и козьего молока. Странным желтым комком я соскребала с себя запекшуюся грязь и кровь, пока наконец не увидела бледную кожу. Увы, близился рассвет, и нежиться в воде пришлось недолго, но я сидела там до последнего, пока восходящее солнце не выгнало меня из ванны и не заставило натянуть оставленную на подушке одолженную ночную рубашку и забраться под одеяло. Я встала и осмотрела маленькое помещение. Если судить по веселому солнышку на одеяле и облакам на выцветших обоях, когда-то здесь, наверное, была детская. Я задумалась, что стало с ребенком, чью комнату я теперь занимала, но быстро отбросила эту мысль.

В коридоре раздался скрип, кто-то прошел по деревянным половицам, и я замерла. Кто-то стоит за дверью? Прислушавшись, я различила быстрые шаги от моей двери к лестнице и вниз.