Книга Бесконечная песнь, страница 52 – Джули Кагава

Или так мне показалось.

— Не могу поверить, что ты здесь, – прошептала я, чувствуя, как одна его рука обвивает меня, а другой он нащупывает что-то у себя за спиной. – Я думала, Саррен убил тебя.

— А он и убил.

Его голос сделался странным – холодным, равнодушным. Не понимая, что происходит, я попыталась отпрянуть, но рука Зика стиснула меня стальной схваткой. Он был силен, гораздо сильнее, чем я помнила. Уперевшись обеими руками ему в грудь, я попыталась оттолкнуть его, но замерла в ужасе – по моим нервным окончаниям вдруг пробежал сигнал тревоги, сообщая мне нечто чудовищное.

У Зика… не билось сердце.

Похолодев, я посмотрела ему в лицо. В его глазах я увидела свое отражение. Зик смерил меня знакомым пристальным взглядом – взглядом хищника – и улыбнулся.

— Он велел мне поздороваться, – прошептал Зик, и его клыки блеснули в нескольких дюймах от моего горла.

А потом он вонзил клинок мне в грудь.

Беззвучно ахнув, прижав руку к груди, я отпрянула от Зика. Он невозмутимо смотрел на меня холодными голубыми глазами, на губах его все еще играла легкая улыбка. Я нащупала между грудей рукоять и стиснула ее – по телу пробежала волна боли.

Сжав зубы, я собрала волю в кулак и дернула. Разрывая и терзая мою плоть, нож выскользнул наружу, и я закричала.

Дрожа, сжимая рукоять онемевшими пальцами, я подняла глаза на мальчика, чей образ не давал мне покоя с тех пор, как мы покинули Нью-Ковингтон. На мальчика, который увидел во мне нечто большее, чем чудовище и демона, и не побоялся меня полюбить. На мальчика, который однажды попросил никогда не обращать его, который заставил меня пообещать, что я его отпущу. Что позволю ему умереть… человеком.

— Что такое, девочка-вампир? – прошептал Зик, надвигаясь на меня. Он улыбался, его клыки сверкали в сумраке,

голос был холодным и насмешливым. – Ты разве не рада меня видеть?

— 3-зик. – Я отшатнулась от него, с трудом держась на ногах. Я чувствовала, как рана затягивается, но боль пылала в груди, мешала двигаться. Нож со стуком упал на пол, забрызгав осколки стекла кровью. – Что… с тобой случилось?

— Я умер, – произнес Зик таким тоном, что по спине у меня побежали мурашки, – небрежным, непринужденным, словно о погоде говорил. – Я умер, и Саррен вернул меня. – Его губы изогнулись в злой насмешливой ухмылке. – А ты что подумала, Элли?

Страх не давал мне ответить. Это… это было неправильно. Это не мог быть Зик.

— Нет, – прошептала я, пятясь от него. – Зик, ты не узнаёшь меня? – Он снисходительно склонил голову набок, как будто я сморозила глупость. Охваченная отчаянным желанием все исправить, привести его в чувство, я, заикаясь, продолжила: – Ты помнишь… что у нас было? Помнишь, как мы с Кэнином и Шакалом сражались с Сарреном, пытались остановить его новый вирус? Ты помнишь, как был человеком?

— Я помню боль, – тихо сказал Зик. – Помню, что была кровь, боль и тьма. А потом… ничего. – Он моргнул, словно стряхивая с себя наваждение, а потом снова улыбнулся и повернулся ко мне. – Но все мы начинали людьми, верно, девочка-вампир? Мне не нужно помнить ту жизнь, потому что тот человек сейчас мертв.

— Нет, – выдохнула я, мотая головой. – Нет, Зик, ты не можешь так говорить.

Зик подошел к стеллажу рядом со столом, достал знакомый мне мачете и пристально посмотрел на него. Тонкая морщина пересекла его лоб, словно он вспомнил о чем-то.