Книга Пережить сегодня, страница 147 – Дмитрий Клопов

— Любишь ходить по магазинам? — спрашиваю я.

— Ты шутишь? — девушка просияла еще сильнее и захлопала ресницами, едва не задевая ими кончик моего носа. — Конечно! Да я это просто обожаю!

Когда девушка снова впивается в меня, я успеваю подумать, что второй такой раунд я просто не переживу. А к черту — задохнусь, но этой чокнутой девке не уступлю.

Я удаляюсь от места смерти Артема все дальше. Уверен, что даже если Костя последовал за мной, ему меня ни за что не догнать.

Сверяюсь с картой, убеждаюсь, что дальше двигаться можно по прямой и убираю планшет, чтобы не садить батарею. Не то чтобы я планировал пользоваться им, когда найду какое-нибудь тихое, уединенное убежище для себя, но все же, может, еще пригодится.

Легкой трусцой я преодолеваю перекресток за перекрестком, квартал за кварталом. Дважды топот стальных набоек на моих ботинках собрал толпу трупов со всей округи, но все прошло довольно спокойно.

Мне даже стрелять не пришлось!

Как я смог лишний раз убедиться, даже тела тех зомби, которые неплохо сохранились, крайне неповоротливы. Несколькими уверенными ударами я отбрасывал парочку зомби, а потом снова возобновлял свой забег.

И зачем я бегу? Что вообще будет ТАМ? Найду тихий маленький домик, где я буду медленно умирать от голода и ночных кошмаров. Кошмаров, в которых мне теперь всегда будут являться погибшие друзья. Может, даже смогу раздобыть бутылку другую и забудусь на пару дней, но я не создан для такого.

Я не создан для жалости к себе. Тогда, теперь, у меня больше нет причин куда-то бежать? Может, я уже там, где должен быть? У меня есть автомат, вокруг сотни тысяч врагов, и я вдруг думаю о чем-то, кроме мести. О чем-то другом, кроме того, чтобы перебить всех этих гадов. Или хотя бы забрать их с собой побольше, пока не умру.

Когда я в третий раз слышу за поворотом гомон множества хриплых глоток, я улыбаюсь. Миновав брошенный посреди тротуара микроавтобус, я сбавляю темп и выхожу из-за угла легкой, уверенной походкой.

Мертвецов в переулке очень много — не меньше сотни. Я стою посередине улицы, открыто и не таясь, поднимаю автомат и направляю его на толпу.

— Эй, гавноеды! — кричу я на всю округу. — Чего приуныли? Жрать хотите? Так вот он, я! Здесь! Один! Придите и возьмите, если сможете!

Зомби весьма охотно откликаются — на мой крик все они, как один, поворачивают свои гнилые головы и медленно ковыляют в мою сторону.

Когда меня и ближайших зомби разделяет не больше десяти метров, я начинаю стрелять. Первая пуля попадает точно в лоб мертвому мужчине, тоже случается и с женщиной рядом с ним и насквозь прогнившим полускелетом слева от нее.

Ствол автомата смещается от одного к другому, плюется в них свинцом и двигается дальше. Выстрел, вылетает гильза, сместить прицел, нажать на курок, снова выстрел, снова гильза, снова курок и следующий зомби падает на асфальт с простреленной головой.

Прицел, выстрел, гильза, прицел, снова выстрел, еще гильза…

К моменту, когда магазин в автомате опустел, я едва ли покончил с первым рядом. Спотыкаясь о невысокий бруствер, зомби напирают друг на друга, падают, снова запинаются о другого, но продолжают ползти в моем направлении. Самые проворные из них уже вновь оказываются на ногах.

— Аааарууух! — звук спикировал у меня за спиной и завершился смачным шлепком.