Книга Пережить смерть, страница 36 – Дмитрий Клопов

Похоже, мужчина уже давно был частью элиты шрамированного главаря бандитов, потому что при слове «босс» его взгляд заметался, словно он испугался, что этот псих это услышит. Все-таки у Старшего был пунктик насчет этого слова.

Я проследил за взглядом умирающего амбала — он смотрит в сторону дальнего конца коридора, куда я так и не добрался от входных дверей.

— Что ж, буду надеяться, что ты туда уставился не просто так, — я похлопал здоровяка по плечу. — Хотя других вариантов у меня все равно нет.

Несколько раненых бандитов уже начали подниматься на ноги, и я спешу ретироваться. Вернувшись в коридор, сворачиваю в нужном направлении и, не оборачиваясь, припустил на предельной скорости.

По пути я заглядываю в несколько пыльных кабинетов, но там никого нет. Позади раздается грохот падающей мебели, затем хлопнули входные двери.

К этому моменту я уже достиг противоположного края коридора, оказавшись перед старой металлической дверью. Я кладу ладонь на ручку и опускаю ее. Не заперто! Дверь отчаянно скрипит плохо смазанными петлями, и я снова оказываюсь на улице. Это черный ход!

Луна ярко освещает площадку между забором и задней стеной здания троллейбусного депо. Над ней раздаются хлопки и яркие вспышки выстрелов оружия в руках невидимых стрелков. Краем глаза я замечаю несколько металлических контейнеров и спешу к ним.

Когда до спасительного укрытия остается не больше пары шагов, из ближайшего контейнера выскакивает темный силуэт и налетает на меня. Столкнувшись, мы оба рухнули на асфальт перед открытыми настежь дверцами.

Передо мной сидит Старший. Его лицо, грудь и руки перемазаны кровью, но это точно он. Кривой бугристый шрам, который тянется через половину черепа бородатого мужчины, блестит в серебристом свете луны.

— Ты-ы-ы!? — удивленно протягивает Старший и первым приходит в себя.

Мужчина что есть силы лягнул меня ногой и рванул за угол здания. Удар пришелся точно в грудь, и я повалился внутрь контейнера. Пули барабанят по его стенкам снаружи, но внутрь не пробиваются. В небольшой, плохо освещенной комнате есть кто-то еще.

Я приподнимаюсь на локте и уставился в дальний конец контейнера. В нескольких метрах от меня на стуле сидит полуголый мужчина. Я прищуриваюсь в надежде, что так глаза быстрее привыкнут к царившему тут полумраку. Твою ж за ногу — не может быть!

— Костя? — не верю я своим глазам. — Это и правда ты?

Я сижу на широком подоконнике, обнимаю подушку и с тоской смотрю наружу. Из-за событий последнего дня сон как-то не шел, хотя мне и выделили отдельную комнатку на втором этаже. За окном над Обнинском вовсю занимается рассвет. Яркие лучи отражаются в полированной черной крыше джипа, который мы вчера оставили на подъездной дорожке. Такая громадина просто не поместилась бы во дворе дома моего дяди.

Этого черного монстра нам отдал тот мужчина в форме. Как там его звали? Станислав, кажется. Мне кажется, я от ужаса в тот день и половины всего не запомнила. Но этот суровый военный спас нас… Костя тоже был военным.

— Ну вот, зачем ты только ушел? — простонала я и крепче обняла подушку.

Мы с Костей только познакомились, но я словно знала его всегда. Раньше я не верила в любовь с первого взгляда, а когда увидела его, то сразу все поняла. Теперь я знаю, что одного вечера и одного поцелуя достаточно, чтобы понять, что этот человек — твой.