Книга Пережить смерть, страница 17 – Дмитрий Клопов

— Макс, назад! — шепотом командую я парнишке, который сейчас оказывается ближе всех к балкону.

Однако подросток замер с настольной лампой наперевес. Максим вытягивает шею, встает на носочки и даже делает два неуверенных шага, приближаясь к балкону.

— Макс, какого черта?! А ну-ка живо отошел от балкона! — рявкнул я во весь голос и быстро оказываюсь рядом с ним.

Я заслоняю парня от балкона, и клинок нетерпеливо дрожит в моей руке. Он готов обрушиться на все, что может сейчас показаться за пыльным стеклом широкого окна.

— А-а-а-ар-р-р! — снова раздается из вечернего полумрака.

Что бы это ни было, оно явно раньше было человеком. В этом истошном зверином рыке угадываются нотки мужского голоса. Справа от меня решительно встает дядя Паша. В его правом кулаке зажат жуткого вида нож, кривое лезвие которого явно вспороло не одну звериную шкуру.

— Аааа… падла! — выдавливает тварь снаружи.

Что! Оно знает наш язык? Я недоуменно поворачиваюсь к дяде Паше, однако тот, похоже, не колеблется. Бородатый охотник решительно открывает балконную дверь и растворяется в темноте. Он сразу присел и скрылся из вида.

— Эй, давайте сюда! — кричит дядя Паша с балкона. — Помогите мне их занести.

Их!? Однако в голосе охотника нет страха, скорее он звучит обеспокоенно. Я иду к балкону, и Макс увязывается следом.

— Ты останешься здесь! — тоном, не терпящим возражений, командую я парню, после чего поворачиваюсь к худощавому мужчине. — Жека, останься с ним.

Я перешагиваю через порог и едва не спотыкаюсь о нагромождение тел. Вопреки моему разыгравшемуся воображению, на полу перед дядей Пашей лежат двое самых обычных, ни капли не мутировавших, мужчин. Я вижу кровавое пятно, застывшее жесткой коркой на правом бедре и футболке довольно полного мужчины. В вечерних сумерках оно кажется почти черным.

— А-а-а-а-а-ар-р-р! — начинает снова кричать толстяк, однако почти сразу кривится от боли, и его крик превращается в рычание.

Чувствую себя полным придурком! Монстры, мутировавшие какие-то… Неудивительно, что в голосе этого бедолаги я услышал мужские нотки. Однако было что-то еще. Я прислушиваюсь и наконец различаю второй голос, который доносится из-под тела раненого толстяка.

— Снимите его с меня, — едва слышно, одними губами шипит парень, придавленный телом полного мужчины.

— Помоги, — просит дядя Паша и выпрямляется. — Иди, за ноги его возьми. Только осторожно.

Я киваю и, стараясь не наступить на лежащих на полу мужчин, протискиваюсь в дальнюю часть балкона. Снизу доносится недовольное бурчание зомби. Я пытаюсь их разглядеть, но тщетно — тьма уже окутала двор дома. Ночь стерла все детали, оставив только блеклые границы домов, машин и деревьев, словно детская раскраска, в которой какой-то безумец закрасил все черным.

— Взяли? — спрашивает дядя Паша.

Сам бородатый охотник уже держит толстяка под руки, и я спешу последовать его примеру. Моя нога наступает на что-то мягкое, и парень снизу снова шипит, словно спускающая шина.

— Прости, — пробормотал я и подхватываю толстяка. — Пф-ф-ф!

Мужчина оказывается просто нереально тяжелым. Еле перебирая ногами, мы вносим его в комнату и кладем на диван. Позади нас, через дверной проем, тяжело отдуваясь и на четвереньках, вваливается второй парень. Хоть он и не такой полный, как мужчина, которого мы внесли, в их лицах есть общие черты. Отец и сын? Впрочем, это сейчас не важно.