Книга Сердце тумана, страница 73 – Хелен Шойерер

— Я так не думаю. То есть я не задумывалась об этом.

Аллехра выглядела озадаченной.

— Это хорошо или плохо? – спросила Блик, переводя взгляд с одной валианки на другую, и беспокойство внезапно поднялось на поверхность.

— Это необычно, – согласилась Аллехра. – Я раньше не обучала заклинателей мыслей, но, судя по тому, что я читала, ашаи твоего рода должны очень усердно работать, чтобы скрыть свое присутствие от того, в чей разум проникают. А Лука… Ну, Лука с самого начала знала о том, что ты пытаешься сделать, так что, если уж на то пошло, ей следовало быть более внимательной к твоему присутствию.

— Что это значит? Со мной что-то не так?

— Нет, дитя мое. Подозреваю, что этот навык ты оттачивала, сама того не осознавая, с самого детства; возможно, это подсознательный защитный механизм.

— Верно.

— Подумай об этом. Ты ведь и раньше использовала свои способности, чтобы помочь себе, не так ли?

«Помочь» – это, безусловно, деликатный способ передать суть, – подумала Блик, вспомнив, как много раз она использовала подслушанные мысли в своих интересах в качестве щипача в Ангоуве.

— Блик?

— О, думаю, да.

— И тогда никто ничего не заметил, верно?

Блик кивнула, но не стала вдаваться в подробности. На самом деле ей не хотелось обсуждать свою привычку обчищать карманы с Матерью-матриархом Валиа. Аллехра приподняла бровь, но не стала развивать тему дальше.

— Лука, давай теперь попробуем более сложные объекты. Будь конкретнее, – проинструктировала она.

Стало легче, и Блик впервые почувствовала, что наслаждается своим волшебством. Впервые она не блуждала вслепую по чьим-то мыслям и чужие мысли не вторгались в ее собственные. У нее было некоторое подобие контроля. Несмотря на простоту упражнений, Блик уже чувствовала пользу: ее разум стал сильнее; ее магия ожила внутри нее, а не скрылась под поверхностью. Она переходила от объекта к объекту в воображении Луки, с каждым разом прилагая все меньше усилий. Аллехра сияла.

— Это как мышца, которой нужна тренировка. Ты, кажется, в хорошей форме, просто нужно отрабатывать правильную технику.

Затем они перешли к предложениям, причем Лука удерживала в уме одну конкретную фразу, а Блик приходилось усмирять другие мысли, наблюдения и воспоминания, всплывающие на поверхность, и находить ее. Это было сложнее. Раньше было легче найти образы, но выделить цепочку слов среди всех остальных мыслей Луки оказалось гораздо сложнее. Это было все равно что пытаться распутать потрепанный клубок пряжи, не в силах решить, где конец, а где начало, и все время пытаясь распутать узлы.

Спокойно, сказала она себе. Она не должна торопиться, она могла не торопиться. Она сосредоточилась, ловя повтор фразы. Должно быть, так оно и было. Мысленно Блик проследила за этим, как будто она поймала конец веревки, на другом конце которой теперь был воздушный змей. Она потянула его на себя. …Ангоувийцы пахнут рыбой.

Глаза Блик распахнулись.

Лука ухмылялась ей.

— Рыбой? Правда? – спросила она.

— Правда.

— И со сколькими ангоувийцами ты знакома?

— Только с одной. – Лука рассмеялась.

Блик закатила глаза.

— Я так понимаю, Блик добилась успеха? – спросила Аллехра, ожидая, пока девочки введут ее в курс дела.

Лука стерла улыбку с лица и склонила голову.

— Да, ваша милость.