Книга Сердце тумана, страница 46 – Хелен Шойерер

— Иди и займись приготовлениями. Свободен.

По шее Суинтона прокатился жаркий румянец, который выдал его стыд. Он подвел своего короля, подвел самого себя.

— Благодарю вас, сир, – сказал он.

Со всем достоинством, на какое был способен, Суинтон покинул тронный зал и направился прямиком в оружейную палату, чтобы сообщить Фиори вести.

Ранним утром Генри вернулась со своей смены караула. Весь лес погрузился в тишину, и приходилось считаться только с шорохами ночных зверей и редкими птичьими криками. Генри пребывала в полном согласии со своим миром, когда заступала на вахту. На эти несколько часов она могла притвориться, что живет простой жизнью. Она подтянулась и забралась обратно на живой мост, где лежали остальные. Марвел застонала, когда Генри потрясла ее за плечо. С затуманенным взором валианка поморщилась и направилась на нижнюю платформу, чтобы заступить на вахту. В отдалении от группы Генри обнаружила Афину. Она сидела, прислонившись спиной к стволу дерева, и смотрела за Блик, а ее обнаженные руки покрывали мурашки.

— Тебе следовало бы поспать, – пробормотала Генри, и ее колени хрустнули, когда она опустилась рядом со своей старшей командующей.

— Знаю.

Блик крепко спала, завернувшись в плащ Афины, ее дыхание было глубоким и ровным.

— Она не Лука, – предупредила Генри Афину, кивая на Блик.

Лука была дочерью-подростком Афины. Афина родила Луку, когда сама была еще подростком. Она была молодой матерью, даже по свободомыслящим валианским стандартам, и забеременела, когда ей едва исполнилось пятнадцать. Лука сейчас была в самом разгаре занятий со своими соплеменницами, и Генри знала, что Афина ужасно скучает по девочке.

— Она чья-то дочь, – сказала Афина.

Генри прислонилась головой к дереву и закрыла глаза.

— Поспи немного.

Рассвет забрезжил над живыми мостами раньше, чем над миром внизу, и поэтому они поднялись и отправились в путь задолго до того, как проснулся остальной лес. Это путешествие было задумано как обычная проверка мостов и выяснение, не вторгся ли туман дальше на их территорию. Согласно отчетам, которые король присылал каждый год, туман надвигался на все территории Эллеста с одинаковой скоростью. Генри подозревала обратное. В любом случае, мосты и туман больше не были ее непосредственной проблемой. Теперь все, о чем она могла думать, – это о заявлении, которое она сделала, спасая Блик от командующего Суинтона, и о том, насколько серьезным оскорблением это стало для короля. Она перебирала в уме возможные варианты развития событий, не осознавая, что подчиняет деревья вокруг своей воле, пока Афина не подтолкнула ее локтем. Раздосадованная, она сосредоточилась на мшистой тропинке впереди, и деревья снова встали на место. Ее способности, казалось, часто обладали собственным разумом.

Ее мысли вернулись к королю. Она встречалась с Арденом дважды в своей жизни. Первый раз это произошло в детстве, в самые яркие годы правления ее матери Аллехры. В то время валианцы находились в состоянии трехлетней кровавой вражды с королевской семьей – мятеже из-за того, сколько они задолжали в плане военных ресурсов. В конце концов Аллехра согласилась на мирный договор с королем – первый и последний договор, который когда-либо заключали члены племени. Так они ни перед кем не были в долгу. Когда все было улажено, Аллехра, Сахара, Генри и самые уважаемые соплеменницы встретились с членами королевской семьи и их окружением в заливе Фелдер на церемонии заключения мира. Генри помнила, как король и королева преломляли хлеб с Аллехрой и произносили тосты за крепкую дружбу между племенем Валиа и членами королевской семьи. Знаменитый рыцарь сэр Калеб Суинтон наблюдал за всем происходящим, за каждым малейшим движением. Рядом с ним был его маленький сын, который подражал действиям своего отца, одетый в серую тунику с эмблемой отца, гордо вышитой на груди. Принц Джексон и принцесса Олена еще не родились. Сахара и Генри сидели с детьми аристократов, которые смотрели на них так, словно они были гигантскими змеями или пантерами-тира – мифическими животными, выдуманными родителями для устрашения детей.