Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 110 – Дестон Дж. Манден

Кристаллы осыпались, обнажив корнеплод. В прошлый раз, во время сражения с Титли, Разгайф не обратил внимания и даже не ожидал, что такое возможно, но на том же месте начал расти новый плод. Орк шел, разглядывая только что сорванный топинамбур. На вид тот был вполне обычным. Пожав плечами, Разгайф попробовал клубень. Он никогда особенно не любил топинамбуры – что-то среднее между картофелем и луком, и есть их надо сырыми. Но этот оказался самым вкусным из всех, что он когда-либо пробовал: сладкий и крахмалистый, как лучший батат, с хрустящей корочкой лука. Идеальный во всех отношениях.

Вскоре его переполнила новая сила. Тело стало легче, доспехи и оружие казались невесомыми. Люди вокруг будто шли слишком медленно. «Этого не может быть». Вкус все еще ощущался на языке, остатки усталости после короткого сна развеялись, а сердце, до того бившееся часто и взволнованно, замедлило ритм. Разгайф уставился на Великого Странника и осознал простую вещь: росшие на топоре фрукты и овощи тоже были волшебными. Руна Астры и его собственная создали артефакт, обладающий несравненными восстанавливающими свойствами. Он пошевелил пальцами.

«Только бы добраться до Вома…»

Они подошли ко входу на кладбище, расположенное между территориями двух орочьих кланов – Сумеречных Могил и Ониксовых Топоров. Надгробия представляли собой небольшие каменные изваяния в память об усопших, напоминающие о том, какой вклад они внесли в жизнь племени. Одних похоронили в каменных саркофагах, других просто закопали, и земля поглотила их кости. Команда пробиралась среди могил мужчин и женщин – не воинов, какие лежали бы у других кланов орков, а простых жителей Некрополиса. Разгайф шепотом отдал дань уважения покойным. Однажды и его похоронят здесь – но не сегодня.

Катакомбы начинались у одинокой могилы к северу от кладбища. Слабое красное свечение позднего вечера окутывало вход зловещей дымкой. Прохладный кладбищенский воздух обжигал руки. У Разгайфа не было причин бояться. Смерть – это часть жизни, и те, кто прожил хорошую жизнь, в конце не испытывают страха. Его беспокоило лишь, что он чувствовал себя здесь чужим. Кладбище – место для усопших и их семей. «Свет избранных» топтал его, не заботясь о спящих. «Тем больше причин свернуть ему шею». Разгайф держался за эту мысль, пока они спускались в Зал праха.

Как только ноги коснулись холодной земли катакомб, его охватило странное чувство узнавания. Они оставили дверь открытой, планируя сбежать через нее, и двинулись по темной тропе, ориентируясь на тусклый фиолетовый свет факелов. Вдоль стен тянулись скелеты – Король Червей украсил это место телами поверженных врагов, которые не годились для воскрешения. Разгайф представил, как король-некромант ходил по этим залам, гордясь своими достижениями. Забавно, что из останков его собственного скелета сделали стул и лампу. Иногда Разгайф задавался вопросом, как убитый король чувствовал себя в посмертии. И все же не воспоминания привели его в это место. А она. Его наследие и единственное спасение от мира, который он когда-то отравлял.

Они продолжали свой путь. Воздух становился все холоднее. Ледяные объятия катакомб душили Разгайфа. Вокруг сгущался эфир – эфир Астры – и превращал и без того спертый воздух в нечто пропитанное ее паникой. Астре было страшно, и Разгайф уже не мог больше выносить ее страх. Он ускорил шаг, лавируя между резкими поворотами и изгибающимися коридорами. Орк был уверен, что слышит крики девочки за каждым углом. «Помоги мне. Помоги мне». Ноги несли его все быстрее. «Еще немного, Астра, еще совсем чуть-чуть».