Книга Наёмник мёртвых богов, страница 147 – Элеонора Раткевич

— Может, и не знал. Он вообще много чего не учел, так торопился допросить меня, – ответил джет, внимательно вглядываясь в закоулки лабиринта. Если Иллари собирался выйти наружу, рассчитывая на свою память, то у джета, похоже, карта в голове.

— А мне казалось, у них все предусмотрено, – удивился Иллари.

— Никоим образом. Будь у них все предусмотрено, твои мысли не встретились бы с моими. Понимаешь, та камера, куда меня сунули поначалу, надежно защищала меня от подобных попыток. А твоя нет. Тебя сунули в каменный мешок для обычных людей.

— А допросная? – спросил Иллари. – Разве ее не должны были защитить от мысленной связи в первую очередь?

— С допросной вообще ерунда получается, – вздохнул джет. – И с самим допросом тоже. Понимаешь, Мастер Керавар велел захватить меня. Только захватить. Живым или мертвым.

— Так тебя вообще не собирались допрашивать? – понял Иллари.

— Вот именно. Я так понял, это вообще была личная идея. Логика железная: раз Мастер Керавар так хочет меня заполучить, значит, я обладаю очень важной информацией. Этот подонок и постарался ее из меня вытрясти. Разумеется, для себя лично. Еще б я знал, что это за сведения.

— Подумаем в более спокойной обстановке, – пообещал Иллари, – сообразим.

— Если б не ты, не видать бы мне этой спокойной обстановки. И как ты смог? Я думал, у тебя сердце лопнет.

— Чуть не лопнуло, – признался Иллари. – Зато ты свою передышку использовал вовсю. Я так и не понял, что ты такое сделал.

— Придушил его собственной цепочкой и рассыпал кандалы, – хмуро ответил джет.

— Ах да, ты же говорил, что знаешь имена металла, – вспомнил Иллари. – Неужели любого?

— Любого. А этого в особенности. Оправа сделана руками моего Мастера. А цепочки такие все ученики делали. Может, эту делал я сам, – лицо джета исказилось гневом и отвращением. – Знали бы мы, для кого!

— Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что на досуге мне придется много о чем подумать.

— А что ты будешь делать с талисманом? – полюбопытствовал Иллари.

Джет задумался лишь на одно мгновение. Потом он уверенным движением извлек из-за пазухи талисман в причудливой серебряной оправе.

— Возьми его, – просто сказал он.

— Да ты что! – задохнулся Иллари. – Такой подарок… я не могу… ты добыл его, рискнув жизнью.

— Положим, это ты добыл его, рискуя жизнью, – возразил джет. – Без тебя он так бы и остался у прежнего владельца. Возьми его. Пожалуйста. Мне нечем больше выразить то, что я чувствую, а очень хочется. Понимаешь, у нас эти дурацкие обычаи не благодарить за спасение жизни не в ходу. Благодарность оскорбит тебя, я знаю, а талисман – нет. Бери. Это ничего, что он повисел на шее у мерзавца. Сделали его чистые руки.

Иллари молча, с благоговейным трепетом принял оправленный в серебро кусочек священного дерева. Однажды испытанная им свежесть чувств и ясность мысли отныне будут принадлежать ему по праву.

— Погоди немного, – джет коснулся рукой его плеча. – Тут неподалеку апартаменты этого подлеца. Я хочу кое-что оттуда взять. Обожди меня, я мигом.

И, не дожидаясь согласия Иллари, джет нырнул в какой-то проулок.

Вопреки обещаниям джета мигом обернуться, ждать пришлось довольно долго. Наконец джет появился снова – запыхавшийся, сияющий. В руках он держал немыслимо изукрашенный жезл, короткий и явно очень тяжелый. Пестрота драгоценных камней слепила глаза.