Книга Игра Льора, страница 72 – Мария Токарева

Илэни втолкнула несчастную пленницу в одну из клеток, точно животное в зоопарке или цирке браконьеров. Ни ключей, ни замков не нашлось, как и двери – клетка просто сделалась проницаемой на миг, а потом вновь замкнулась, не оставляя и шанса на побег.

Дыхание сбивалось, Софья так и остановилась посреди темницы, глядя на Илэни. А чародейка в свою очередь в упор посмотрела на нее, точно хищник на добычу, которую бережет напоследок для кровавого пиршества.

Илэни, топазовая чародейка. Так вот какое чудовище вырастил в неволе Аруга Иотил! Она обладала невероятно гладкой бледной кожей и чертами лица точеной фарфоровой статуэтки, выглядела лет на тридцать с небольшим. Величественную осанку подчеркивало старинное платье с высоким воротом и жестким корсетом, густые черные волосы были собраны в замысловатую прическу, подхваченную сеткой, с которой на высокий лоб свешивался небольшой кристалл дымчатого топаза. На первый взгляд, шикарная женщина, аристократичная. Но только помертвелый, неподвижный взгляд ледяных зелено-желтых глаз отпугивал и сковывал, точно гипноз кобры. Алые губы, очерченные в форме сердца, застыли в улыбке, но не содержалось в ней ни радости, ни даже торжества. Только вскинутые брови отражали высшую степень презрения и брезгливости.

— Да у Раджеда портится вкус! Похищать таких замарашек, как ты… – цыкнула Илэни. – Наслаждайся пока своей ролью приманки. Думаю, мы весело проведем время в ожидании его прибытия.

При этом глаза ее зажглись неподдельным оживлением садиста. Софья тонула в потемках безмолвия, превращаясь в изваяние, да не из мрамора, а из хрупкой живой древесины, к которой подбиралось пламя. А чародейка дымчатого топаза уже открыто ухмылялась, обнажая пару острых клыков.

* * *

Развалины тонули в мареве серых, бесцветных камней. Затхлый воздух проникал через мехи легких, пыль засыпала глаза. Мир за пределами башни показался Раджеду сперва самым отвратительным местом, которое можно представить. Кажется, раньше здесь обреталось королевство других льоров, но они поддерживали Аругу Иотила, с которым шла давняя борьба. Когда старый льор был свергнут его племянницей, война продолжилась с Илэни. Янтарный льорат брали в клещи с севера и востока кровавая яшма и дымчатый топаз, но род Икцинтусов неизменно побеждал и расширял владения, оставляя жалкие руины от других башен.

Они изобретали все более искусные способы и стратегии уничтожения друг друга и обогащения, обзаводились союзниками, сокрушали предателей. И где-то под гигантскими подошвами власти льоров раньше колыхался ячед, простой народ, глухой к самоцветам. Что было с ними, чем они жили – правителей не интересовало. Для земных королей людской труд приносил свою прибыль, а в Эйлисе лучшим подданным оставалась его магия. Но вот на колоссальной шахматной доске осталось всего семь фигур, которые готовились друг друга сокрушить. Мысль об объединении против каменной чумы уже не мелькала. Да если бы не гостья, Раджед и не подумал бы покидать башню. Однако ему бросали вызов похищением Софии.

Он все всматривался в далекую завесу, считывая ряды магических символов, распутывая сеть заклятий. Он отметил мастерство того, кто перегородил Жемчужное и Янтарное моря. Илэни за прошедшие годы явно стала намного сильнее. И, признаться, Раджед ненавидел чародейку куда больше Нармо, уже даже осуждал себя за мягкотелость и скучающее сибаритство: стоило уничтожить ее раньше.