Книга Душа мира, страница 185 – Мария Токарева

Именно этим мечом он сразил когда-то ледяного дракона, из шкуры которого сделал доспех. Кто знает, может, в жадного ящера обратился какой-нибудь такой же неуемный чародей, желавший все и сразу. Именно огромную рептилию напоминал теперь Нармо. Он шипел и рычал, а за спиной его вился столб дыма, напоминавший кожистые крылья.

Сумеречный Эльф ожесточенно отразил несколько выпадов, скорость поединка с первого мгновения превышала восприятие человека. Они носились со стремительностью двух пуль, не замечая ни тронный зал, ни пол под ногами, перемещаясь по потолку и остаткам стен. Два ожесточенных существа. Сумеречный Эльф и Нармо Геолирт. Такой же… Как кривое зеркало на Стража – Разрушитель.

Мечи сцепились завывающими койотами, сталь звенела, отражая полупрозрачные лезвия, а противостояние перенеслось на уровень линий мира. Нармо с бессмысленным торжеством ломал их, превращая пространство вокруг себя в черную дыру. В нее уже утягивало мелкие предметы, ветром клубилась пыль, создавая смерчевые вихри.

«Еще немного – и Эйлис расколется на части!» – спохватился Сумеречный Эльф.

Тогда он немедленно перенесся на уровень рычагов, знакомый, изведанный. Однако обычно он лишь немного что-то подправлял, опасаясь сломать, ныне же приходилось устранять неполадки небывалой величины. Линии лопались, как сосуды, и из них с протяжным воем вытекала белесо-синими облачками сама жизнь. Страж судорожно восстанавливал то, что Нармо рушил каждым своим движением. Но все спешные действия напоминали наложение крошечного пластыря на поврежденную артерию. Обезумевший чародей, похоже, даже не понимал, что творил.

«Ты рушишь мир! Миры!» – безмолвно кричал Сумеречный Эльф, пока его меч выписывал пируэты бессмысленных атак.

Призрачные когти переливались теперь всеми оттенками самоцветов, замутненных дымчатыми топазами. Нармо совершал обманные выпады, заставляя противника пролететь вперед, подставить спину. Но Сумеречный Эльф не поддавался, он лишь изворачивался угрем, чтобы не попасть под лезвия. Пусть он и не пострадал бы, но соприкосновение с такой запрещенной магией могло пробудить и его тьму. Казалось, он вновь сражался с самим собой. Со своим «потерянным братом», этим уродливым двойником, который в итоге оказался ничем не лучше тех, кого жестоко высмеивал.

Линии мира беспощадно лопались, на них спрутом наползала тьма, вздувались ожоговыми волдырями следы от прикосновения пустоты, черной дыры, всеохватывающего небытия. Антибытия без души и назначения.

Страж, нервно щелкая зубами, стягивал края ран, штопал их, словно полевой хирург под обстрелом. А со стороны врага в ход и правда пошли ядовитые зеленые колья-стрелы, они неслись осколками разбитых витражей, впивались в кожу. Сумеречный Эльф не обращал внимания и отмахивался, как от назойливых слепней. Нармо, похоже, не стремился его убить – он взывал, требовал возвращения той страшной части Стража, появление которой ознаменовало бы эпоху катастроф, конец времени и Вселенной. О да! Нармо Разрушитель искал себе союзника.

«Я рушу мир! Я рушу! Но ты ведь не умрешь! Ты не можешь умереть, не можешь чувствовать боль. Так получи же! Все, что ты сторожил, будет разрушено! Хоть кто-то должен сделать тебе больно за то, что ты всех нас так „бережешь“», – ядовито огрызался в своих мыслях чародей, правой рукой атакуя сверху вниз, а левой – по-медвежьи наотмашь.