Книга Голод Рехи, страница 84 – Мария Токарева

Людоеды не стали бы разбираться, эльф перед ними или ненавистный полукровка, – все едино. Рехи зашипел и бросился с ножом на первого попавшегося противника. От копья он уклонился только чудом, откуда-то справа ослепил факел, слегка опаливший волосы. Рехи резко ударил врага плечом в челюсть и всадил нож в горло, потом наотмашь полоснул кого-то по руке, в следующий миг у него выбили оружие.

Он увернулся от нескольких копий, вцепился в чью-то шею зубами и, сжимая челюсть не хуже ящера, прикрылся живым щитом, разворачивая врага навстречу новой атаке. Но его окружали, подбираясь со спины. Смертельное кольцо смыкалось.

Тени, черные тени… Кровь, пыль и едкий запах человеческого пота. А еще слепила треклятая копоть от факелов. Люди так и не научились как следует видеть в темноте. И, едва вспомнив это, Рехи ударом с разворота выбил зажженную палку из руки врага, перехватил ее и ткнул наугад куда-то за спину. Судя по короткому воплю и вони подпаленных волос – прямо в лицо очередному врагу.

В следующую секунду он щелкнул зубами, вырывая кусок горла противника, и выхватил недавно добытый костяной клинок. Привычное оружие заплясало у него в руках. Удар, еще удар! Блок! Снова блок! А со всех сторон все гуще кольцо из копий… Рехи уже не думал о боли, он хотел, чтобы линии мира помогли ему, даже ценой новых ожогов, тем более что в него и так метили факелом.

Острая боль пронзила спину: пламя лизнуло кожаную тунику. Рехи с воем обезумевшего зверя обернулся и молниеносным движением раскроил врагу череп, а факел воткнул другому противнику прямо в его поганый рот. Отточенные движения тренированного тела подсказывали невероятные приемы, управляться с подручными вещами как с оружием умел каждый житель пустоши. Получивший в рожу факелом теперь сам занялся ярким костром. В предсмертном ужасе он метался из стороны в сторону, невольно отгоняя от Рехи врагов.

Над пустошью разносился хриплый рык, гомон, оклики полукровок. Рехи искали, а где-то ящеры вгрызались в ряды людоедов, тушили проклятые факелы, опрокидывали чаны с жиром для огненных стрел. Земля горела, на горизонте над полем битвы взметнулась ослепляющая стена пламени.

Отряду врагов оказалось нечего противопоставить, когда на них вылетели всадники, – они не умели приручать рептилий. Но для Рехи не нашлось ящера, он ничего не мог толком понять в начавшейся свалке и стал почти бесполезным, когда сломался костяной клинок. Сначала Рехи отбивался осколком, потом завладел чьим-то копьем. Оно было слишком неудобным и непривычным. Но вскоре древко оказалось засажено кому-то в глаз, а острие – в живот. Рехи на короткие мгновения вообще лишился оружия, в ход пошли только зубы и руки.

Он разрывал глотки противников, не различая лиц. Вели уже только инстинкты. На маленьком пятачке его великой баталии земля скользила от крови, сухой песок увлажнился, сделавшись подобием ила. Из-под пальцев выпадали чьи-то вырванные внутренности – выцарапанные глаза, откушенные носы, ошметки гортаней, трубки артерий.

Подстегивал голод – кровь, невероятно много крови. Он не мог наесться досыта в последнее время, но если бы посмел поддаться искушению, то его бы тотчас насадили на десятки копий. И приходилось только убивать, ощущая безумный голод победы.