Книга Голод Рехи, страница 68 – Мария Токарева

— Ты не обязан помогать нам, – обратился к Рехи Митрий, отвернувшись от спутника. – Просто в нашей борьбе важен каждый, кто способен видеть линии мира.

— Вот эти, от которых тошнит? – задохнулся Рехи, содрогаясь от малейшего воспоминания. – Тот, кто придумал их, явно сошел с ума.

— Да, вот эти. Раньше они были иными, – виновато проговорил Митрий. И оба собеседника собрались уходить, отвернулись и, наверное, растаяли бы в воздухе через несколько шагов. Но Рехи, немного промедлив, окликнул их:

— Постойте! В своих снах я слышал про какой-то Храм Надежды. И там поклонялись тебе, Митрий. Так вы… боги?

Слово далось с трудом. Рехи никогда и ни в кого не верил, только в себя и в волю случая. А что хорошего эти крылатые-пернатые сделали, когда пришли в его мир? Ничего. Значит, не заслуживали почитания.

— Нет. Мы люди, – виновато потупился Митрий, словно не зная, как объяснить. – Семарглы – все-таки люди. Одни из первых избавленные от оков тела, но все же творения, а не Творец.

— Твари вы, а не творения, – фыркнул Рехи, впервые в полной мере чувствуя различие этих похожих слов.

— Мы виновны в том, что допустили возникновение этого культа, – Митрий не рисковал смотреть в глаза, наверное, не выдержал бы. Тяжело, когда в лицо бросают правду. Рехи овладел гнев. Он чувствовал, что именно из-за семарглов разрушился его мир.

— Культ, надо сказать, очень продуманный. Люди и эльфы склонны вообще выдумывать, – без тени страха пояснил Сумеречный. – Ну, Двенадцатому до какого-то времени это явно льстило. Зато я в культе считался необходимым злом. Этакое пугало и кара. Тоже интересно. Помнится, говорил один мой знакомый из другого мира: «Я бы стал их необходимым злом». Зато я не стал, не хотел.

— Кто-то едет, – прервал короткий рассказ Сумеречного Митрий.

На горизонте, поднимая клубы пыли, и правда показалась некая фигура. Вихрь скрывал ее, рисуя фантастичные очертания.

— Да это же… Это же… – Рехи остолбенел, приглядевшись: – Это человек или эльф верхом на ящере! Эй, ну куда вы вечно?!

Собеседники растворились в воздухе, словно закончилась игра измученного разума. Показалось, что Митрий превратился в гепарда, а Сумеречный в ворона. Рехи с недавних пор как будто вспомнил название некоторых животных прошлого мира. Но ценности эти знания не имели, когда ненадежные проводники снова бросали на произвол судьбы. Может, они и правда ему просто чудились? А вот лихой всадник оказался вполне реальным.

В небе извивались красные всполохи, оглушал раскат грома, протяжного и гулкого, как рык. Или это действительно ревел огромный ящер, несущийся на Рехи. И в этом ужасе пустоши отчетливо проступали очертания всадника, а за спиной у него маячил настоящий огромный меч. Найти такой в каком-нибудь древнем кургане эльфы только мечтали. Не посчастливилось бы тому, кто посмел бы вызвать на поединок умелого воина с таким клинком.

Рехи сжал кулаки, выхватил свое нелепое оружие, а ведь еще недавно он радовался, что заполучил хорошую штуковину в деревне людоедов. Да что теперь… Выбора-то не оставалось. Все чувства напряглись, бежать оказалось некуда: пустошь расстилалась гладкой лепешкой, ноздреватой, лишенной укрытий.

«Хоть в песок зарывайся!» – подумал Рехи, вспоминая, что так умели некоторые мелкие ящерицы. Но неопознанный враг приближался с завидной скоростью.