Книга Голод Рехи, страница 287 – Мария Токарева

— Молчать! Х-р-р! Не созрел еще… да, этот не созрел для моей великой трапезы! – прорычало существо.

Рехи был готов к стремительному прыжку. Он нащупывал линии, но под пальцами уныло рассыпалась пустота прогорклого воздуха. Существо не обращало на него внимания и продолжало выгрызать дыру в груди и вздутом животе лежалого мертвеца, который некогда был красивой девушкой. Рехи отчаяннее затряс руками, пытаясь сосредоточиться.

Определенно, эта тварь напитывалась силами перед атакой. Еще стало ясно, из-за чего в зале оказалось столь темно: вокруг монстра закрутилась тугая воронка из непроницаемо-черных линий. Это он источал тьму. С каждым съеденным куском ядовитого мяса он избавлялся от очередной язвы, спина его распрямлялась, мышцы вспухали и бугрились, как у сильного воина. Он менялся, его вид делался все более угрожающим. Рехи чувствовал, что не пробьется сквозь клубок.

И разумная часть его души подсказывала, что лучше всего бежать прочь. Но ведь он пообещал себе превратить Бастион в Город Рехи и воцариться самому над людьми и эльфами. Король королей. Дело оставалось за малым: уничтожить омерзительного трупоеда. За малым, да что-то не выходило!

Пока Рехи раздумывал, борясь с растерянностью, тварь повернулась и обратила к нему окровавленную морду, застывшую в диком оскале. Челюсти у него открывались в три стороны: верхние расходились двумя крупными жвалами, нижняя отпадала чуть не до груди. И все их ноздреватое зловонное пространство усеивали крупные и мелкие клыки, похожие на острые крючья. Тварь не имела ничего общего ни с эльфами, ни с полукровками, ни с людьми. Даже самые уродливые ящеры по сравнению с ней выглядели красиво и ладно. У этого же создания не оставалось ничего симметричного: один его глаз стремился на лоб, другой сползал к подбородку, оба безумно вращались, горя жаждой крови. Когтистые руки протянулись навстречу Рехи.

— Кто здесь? Значит, сам пришел! Ха! – прорычала тварь. И Рехи узнал насмешливый голос.

— Саат?! – воскликнул он, совершенно обескураженный. Монстр гулко зарычал, рассмеявшись. И с той же минуты омерзительные черты подернулись волной изменений, челюсти собрались в хитро изогнутые губы, глаза заняли положенные места.

— Поздравляю, Страж. Ты меня нашел, – сладко пропел привычным тоном Верховный жрец Саат, театрально похлопывая в ладоши, с которых сочилась кровь.

«Так вот оно что… Вот оно… Вот оно что», – думал Рехи. Немало странностей он навидался, но эта была самой отвратительной из темных тайн его мира.

— Да ты и не прятался, – храбрясь изо всех сил, ответил он. Линии! Где же эти проклятые линии? Почему не подчинялись здесь? Отвага и решимость рассыпались золой с каждой новой безуспешной попыткой обуздать их.

— Не прятался? О, ошибаешься! – проговорил Саат. – Ты видел лишь часть меня, лишь удобно созданный образ. Но знаешь ли ты, кто я на самом деле?

— А мне плевать! Плевать мне, почему ты прятался за этими дверьми!

— Ты видел. Признайся, ты все видел.

— Да уж, твою настоящую рожу сложно было сейчас не заметить! Что, испортил я тебе аппетит?

Саат лишь ехидно рассмеялся, но все так же сладко, точно на очередной красивой церемонии. Красивой… Нет, это слово не подходило Бастиону. Прав оказался Ларт, который вырос в стенах этого средоточия всех пороков, воплощения самых мерзких граней почерневших душ. Удивительно, что в свое правление король полукровок не до конца превратился в подобие Саата.