Книга Разрушитель, страница 173 – Мария Токарева

— Попробую устроиться куда-то органистом или учителем музыки, – предложил Сумеречный Эльф, и собеседник довольно кивнул:

— Помогу с документами.

За окном зажигались огни Москвы – города в мире, который они спасли, как и всю Вселенную. Неидеального, но живого. И в этой новой хрупкой реальности, полной надежд и тихих вечеров, заключался главный смысл всей их долгой и страшной битвы.

* * *

Тишина в пентхаусе, наполненном тихим звоном чашек и спокойными разговорами, отзывалась необъяснимой теплотой в душе. Агнесс наблюдала, как Алистер обнимает Демьяна, и ее собственное сердце сжималось от переполняющих ее чувств. Она была так счастлива за них! А сама… привычно оставалась в стороне, не мешая счастью этого чудесного воссоединения.

Но вскоре он, Верховный Ворон, чье прикосновение когда-то несло лишь ледяной холод, стиснул ее ладонь, садясь рядом с ней за стол. Он держал ее за руку! Это ощущение было таким острым и новым, что у Агнесс перехватило дыхание.

Она сама притянула его к себе и, не раздумывая, нежно поцеловала. Прямо в приоткрытые губы, неумело, поспешно и едва уловимо, но искренне.

«Я растворяюсь в любви, – пронеслось вихрем мыслей, – и чувствую, как много от нее зависит в жизни. Все!»

Ей хотелось замедлить время, чтобы насладиться этим мигом, ощутить вкус его губ, запомнить и потом мысленно обвести языком их отпечаток на своих.

Алистер медленно отстранился, его алые глаза смотрели на нее с безмолвным вопросом.

— Первый поцелуй? – догадался он. Голос Агнесс дрогнул от нахлынувших эмоций:

— Д-да… за две с половиной тысячи лет.

— Жаль, что мы не встретились в то время, – с тысячелетней тоской отметил Алистер, гладя ее по щеке. Но Агнесс покачала головой, и ее крылья замерцали, выдавая волнение.

— То было страшное время. Видимо, я дождалась.

— Ты права, все происходит в свое время. Любовь всегда находит в свое время.

— В свое…

И в этот миг с ней произошло чудо: ее крылья внезапно заискрились так ярко, что на мгновение осветили всю комнату. Она ощутила внутри не просто силу семаргла, а нечто большее – чистую бездонную энергию, струящуюся из самого сердца мироздания.

— Ты уже не семаргл, – констатировал наблюдающий за сценой Джи-Джи.

— Но я и не Страж Вселенной? – смущенно протянула Агнесс, смотря на свои ладони, вокруг которых вился мягкий свет.

— Ты Хранитель, как Белый Дракон, – пояснил Джи-Джи, и в его голосе звучала гордость за «мятежную ученицу» Митрия. – Хранитель Земли, а возможно, и других миров.

— Так это… получается, мне даровали высшие силы… силу, – растерянно выдохнула Агнесс, не веря в то, что только что произошло.

— И ты ее не крала, а заслужила, – заверил Джи-Джи.

— Но за что?

— Думаю, ты знаешь ответы. – Джи-Джи встал, подошел ближе и положил руку ей на плечо. – Но не говори их словами, так будет честнее. Ты просто храни их в своем сердце.

Общее настроение стало серьезнее. Джи-Джи обвел взглядом собравшихся.

— Мы победили Раата… Но не победили все древнее зло. Гнев и Страх лезут, как паразиты, в разных мирах. Темные маги все равно обращаются к черным линиям. Пороки людей могут соткать новых асуров.

— Так всегда было. Пока есть люди, есть страдания. – Сумеречный Эльф, обнимая Эленор, спокойно пожал плечами. – Пока есть темные страсти, будут появляться асуры. А пока… будем жить ожиданьем весны.